Девушка отдалась

Однажды, мы с женой ехали по трассе. Поскольку трасса была свободна, я попросил жену порулить, а сам решил поспать, так как был за рулем уже долго, и сильно устал. Через какое-то время нас остановил гаишник. Жена предъявила права. Гаишник:

— Нарушаете скоростной режим.

— Хорошо, 100 рублей штраф устроит? Вот деньги, сдачу дадите?

— Один момент.

Весь диалог я слушал в дреме, прикорнув на переднем пассажирском сиденье. Подходит гаишник:

— Сдачи нет, езжайте. В этот момент в меня будто вселяется демон. Я резко просыпаюсь, поняв, что гаишники только что взяли 1000 рублей, так как у нас было 10 тысяч только тысячными бумажками, сказали, что сдачи нет, и теперь пытаются нас отправить.

Я выпрыгиваю из машины, перебегаю дорогу и несусь в сторону ДПСной машины, где сидят три гаишника. «Деньги делят, сволочи!» — думаю я. Рывком, открыв дверь водителя… я, практически, оторвал у него нагрудный жетон, пытаясь рассмотреть его номер. Все три забившихся в машине гаишника смотрели на мои эволюции в состоянии какого-то ступора. Я начинаю орать:

— Знаете, что самое интересное, товарищ капитан милиции? Самое интересное, что я никуда не тороплюсь. Сейчас я поеду в ваше управление собственной безопасности и там сдам вас ко всем чертям! Это ж надо! Договориться на сотню, взять тысячу и сказать, что сдачи нет! Где тысяча? Капитан:

— Я не брал.

— Вы мне эти кидальные штучки бросьте! Не брал он! — достаю телефон, набираю 112. — Девушка, отдел собственной безопасности ГИБДД! — Перебегаю трассу обратно к своей машине, кричу жене: — Перелезай, я рулить буду.

Супруга пересаживается. Сажусь за руль, разворачиваю машину в другую сторону. Жена говорит:

— Слушай, я не давала им денег.

Я убираю телефон, в котором оператор диктует какой-то номер от уха, и переспрашиваю:

— Что?

— Я им денег не давала.

Вижу, как к нам бежит гаишник, интенсивно махая руками. Опускаю стекло, спрашиваю:

— Что?

— Мы собрали тысячу, но не одной бумажкой, нате вам, не надо никуда ехать, пожалуйста!

«ДЯДЯ ЖЕНЯ»: на зоне таким приходится несладко

40-летний предприниматель Евгений ТУПЧЕНКО заманивал девочек 12 — 13 лет в свой офис, расположенный в подвальном помещении старого жилого дома, насиловал и заставлял сниматься в порнофильмах.

Целый год 13-летняя Танечка Смыкова почти каждый день уходила по вечерам из дома. Говорила матери, что смотрит мультики у подружки. Светлана Александровна, воспитывающая дочь без мужа, даже представить не могла, чем занимается Таня ради нескольких порций мороженого и плитки шоколада.

В офис к доброму «дяде Жене» Таню привела подруга Катя Баланкина. Тупченко «снял» Катюшу прямо на улице. Она «стреляла» у прохожих 50 копеек, которых ей не хватало на конфету «чупа-чупс». Евгений царским жестом протянул десятку. Разговорились. Ушлый бизнесмен пригласил девочку в свои рабочие апартаменты. Предложил газировку, шоколадно-ореховый рулет, фрукты и дорогие сигареты. В благодарность за гостеприимство и радушие незнакомца Кати должна была привести на следующую встречу сверстницу, и обязательно худощавую. (Именно такой тип предпочитал Тупченко.) Только и всего. Татьяна, наслышанная о великодушии и щедрости Катькиного благодетеля, охотно согласилась. Дальше подруги навещали Тупченко порознь. Первое время, располагая к себе маленьких приятельниц, мужчина выполнял любые их просьбы. Не позволял себе ни грубости, ни разнузданных сексуальных домогательств. Чтобы застенчивые гостьи быстрее освоились и стали более доступными, предприниматель спаивал девочек вином и водкой.

Наш Женя был на все горазд

Сколько всего несовершеннолетних заманил в свое грязное логово и лишил девственности педофил-извращенец, не известно. В милицию Тракторозаводского района поступило только четыре заявления от родителей и опекунов растленных юных челябинок. Находясь под «мухой», лолиты, по словам Тупченко, сами добивались от его секса, лезли с поцелуями в штаны. Разумеется, это была ложь. Девочки, вспоминая кошмарные сцены, до сих пор вздрагивают при упоминании фамилии Тупченко. Вот что рассказала Таня Смыкова:

— Теперь я ненавижу мужчин. Он внушал, что я уже созрела как женщина. Засовывал свою волосатую руку под кофточку или юбку. А однажды дядя Женя перепил водки и включил видеокассету, где голые люди занимались любовью. Намазал мои соски шоколадом и хотел поджечь зажигалкой. Я вырвалась и убежала в соседнюю комнату. Он догнал меня, повалил на диван и изнасиловал. Я плакала, умоляла его не делать мне больно, но он упрямо продолжал.

Сам себе режиссер

Часто любитель нимфеток действовал не один. Сцены насилия снимал на видеокамеру 30-летний Сергей Иванков, числившийся на фирме сторожем. Когда босс не мог справиться в одиночку, он держал девочкам руки. За пьяной оргией хладнокровно наблюдала подруга Иванкова — дама легкого поведения, то и дело подсказывая мужчинам новые позы.

ПРИТОН ТУПЧЕНКО: здесь девочки обучались премудростям любви

12-летней Вике Новиковой «дядя Женя» пообещал перед Новым годом дорогой подарок. Она воспитывается в соцприюте и наивно поверила, что все эти цацки — от чистого сердца. Но когда мужчина начал тискать гостью, намекая, что ей следовало бы «отработать гостинцы», девочка стала отбиваться и кричать, что больше не придет в офис.

— Это было ошибкой, — призналась Виктория. — Дядя Женя вдруг приспустил брюки, схватил мою голову и сильно прижал к своему члену. Меня стошнило. Бизнесмена-педофила сдала милиции одна из его рабынь, которой надоело терпеть боль и унижения. Оперативники задержали извращенца по горячим следам. За насильственные действия сексуального характера в отношении малолетних и за незаконное распространение порнографических материалов Евгений Тупченко приговорен Челябинским областным судом к 9 годам лишения свободы в колонии строгого режима, а его «коллега» Сергей Иванков — к 6 годам. Возмущению пострадавших и их адвокатов не было предела: все были абсолютно уверены, что насильника и его сообщника, согласно статьям УК РФ, по которым караются педофилы, упекут за решетку минимум на 15 лет.

Педофил был примерный семьянин

Евгений Тупченко ранее не судим. Окончил экономический вуз, работал на заводе начальником отдела. Женат, имеет троих детей. Несколько лет назад, заметно полысев от житейских и профессиональных неудач, примерный семьянин организовал собственный бизнес — продавал лекарства и медицинское оборудование, выпекал печенье. Супруга, разумеется, ничего не знала о нездоровых сексуальных наклонностях мужа. Она считает, что у благоверного поехала крыша исключительно от беспробудных пьянок.

Комментарий специалистов

ЮРИСТ СЕРГЕЙ МОЗЖЕРИН: шокирован порнофильмом с участием юных лолит

Сергей МОЗЖЕРИН, бывший заместитель прокурора Челябинска:

— Осужденный пользовался тем, что жертвы были из малообеспеченных семей. Лишенные многого девочки легко попадались на удочку «доброго дяди». Но на найденных в офисе видеокассетах ясно видно, что совершается изнасилование. Девочки активно сопротивлялись, кричали. Записи меня шокировали. Страшно видеть, как причиняют ребенку боль. Павел ЖИДКОВ, сексолог: — Поведение Тупченко указывает на то, что он страдает педофилией и испытывает комплекс сексуальной неполноценности. Как правило, педофилы панически боятся взрослого человека, зато с беззащитным ребенком чувствуют себя героями. Причиняя жертве боль, они получают удовлетворение.

В Германии завершился резонансный процесс по делу бывшего надзирателя нацистского концлагеря в Польше Штуттгоф. Эсесовцу Бруно Дею, который причастен к гибели свыше пяти тысяч узников, дали условный срок. Приговор, мягко говоря, озадачил общественность. В ФРГ за такими делами всегда пристально следят, ведь и некоторые пособники нацизма еще живы, и их потомки все знают и помнят.

Бывший эсэсовец Бруно Дей привычно закрывает лицо. Он не раскаялся. Но немецкая Фемида оказалась к нему удивительно благосклонной. Два года условно за соучастие в убийстве пяти тысяч двухсот тридцати человек.

– Условное наказание по делу о массовых убийствах. Даже учитывая, что подсудимый на момент совершения преступлений был несовершеннолетним, это неправильный сигнал, – считает Кристоф Рюкель, адвокат.

В 44-м семнадцатилетний Дей был охранником в концлагере Штуттгоф на территории нынешней Польши. Там узников травили газом, убивали с помощью инъекций бензола. А вот как эсэсовцы развлекались.

– Один из нацистов сказал узникам, отцу и сыну: у вас простой выбор. Один из вас умрет. Либо отец убьет сына, либо сын убьет отца. Или я вас убью обоих. Отец и сын поговорили друг с другом и решили, что сын убьет отца. Вот как это было, – вспоминает Авраам Корыски, бывший узник концлагеря Штуттгоф.

Но Дей утверждает, он лично ничего плохого не делал. Просто стоял на вышке. Доказать его участие в отдельных преступлениях сейчас уже невозможно. Так что процесс в какой-то степени символический. Напоминание всему миру об абсолютном зле, следы которого порой преследуют уже потомков нацистов. Один из таких потомков, внук коменданта Освенцима Рудольфа Хесса Райнер. Семья его до весны 45-го жила на шикарной вилле у «лагеря смерти». Вот его отец слева на снимке в шерстяной кофте.

– Я наткнулся на списки заказов моего деда и моей бабушки. Там был заказ на серую шерстяную кофточку. Я узнал, что она принадлежала еврейскому мальчику, которого отправили в газовую камеру. Ну а кофточку приказали продезинфицировать. Много лет спустя, после войны, когда мне было лет 5-6, я тоже ее носил, – делится Райнер Хесс, внук коменданта концлагеря Освенцим.

Бабушка Райнера обо всем знала, муж рассказал о массовых убийствах еще в 42-м. И все равно Освенцим она называла своим раем. Таков он, обыкновенный фашизм. Цветы, теплицы с клубникой. и все это в какой-то сотне метров от печей крематория.

– Моя бабушка говорила: дети, мойте фрукты и овощи, они все в пепле. Вот этот парник сейчас с закрытой крышей, она открывается наверх. Иногда ветер со стороны крематория приносил туда пепел, – продолжает Райнер Хесс, внук коменданта концлагеря Освенцим.

Вот с какой семейной историей некоторым приходится сосуществовать. Что же касается процессов последних лет в Германии, против еще одного эсэсовца Оскара Гренинга, бухгалтера из Освенцима, или того же Бруно Дея, охранника Штуттгофа, то мнения родственников жертв разделились. Для одних это торжество правосудия, для других фиговый листок, прикрывающий позор немецкой юстиции.

За все послевоенные годы из шести с половиной тысяч эсэсовцев, благодаря которым и работала «фабрика смерти» в Освенциме, осуждены лишь 50 человек. То есть менее процента. Та же ситуация и с охранниками Штуттгофа, других концлагерей. Большинство из них уже умерли, избежав наказания.

Охранников концлагерей в ФРГ могли и должны были судить еще в пятидесятых. Но этого не произошло. И крайне мягкий приговор в отношении 93-летнего Бруно Дея существующего положения вещей уж точно не изменит.