Хочу отца как мужчину

На приёме: (мальчик 6 лет, тяжелое невротическое расстройство)

— С кем ты живешь?

— С мамой.

— А папа?

— А мы его выгнали.

— Как это?

— Мы с ним развелись, он нас унижает, он не мужик, испортил нам лучшие годы…

На приёме: (подросток 14 лет, тяжелые мигрени, обмороки, противоправное поведение)

— А почему ты не нарисовал папу, ведь вы же одна семья?

— Лучше бы его вообще не было, такого папы.

— Что ты имеешь ввиду?

— Он матери всю жизнь испоганил, вел себя как свинья, сейчас не работает…

— А лично к тебе папа как относится?

— Ну, за двойки не ругает.

— … все?

— И все, …чего от него? Я даже деньги сам зарабатываю себе на развлечения.

— А чем зарабатываешь?

— Корзины плету.

— А кто научил?

— Отец, он меня вообще многому научил, я еще рыбу ловить могу, машину водить могу, по дереву немного, вот к весне лодку смолили, на рыбалку с отцом поедем.

— Как же ты в одной лодке сидишь с человеком, которого бы лучше вообще на свете не было?

— Ну, вообще у нас с ним так-то, отношения интересные … Когда мать уезжает, у нас хорошо, это она с ним не ладит, а я то и с мамкой и с отцом могу, когда не вместе.

На приёме: (девочка 6 лет, проблемы с общением, невнимательная, ночные кошмары, заикание, грызет ногти и т.п.)

— Почему ты нарисовала только маму с братом, а где же папа и ты?

— Ну, мы в другом месте, чтобы у мамы было хорошее настроение.

— А если вы будете все вместе?

— То плохо.

— Как это плохо?

— … (девочка плачет)

Через некоторое время:

— Только вы маме не говорите, что я папу тоже люблю, очень.

На приёме: (подросток с тяжелым невротическим нарушением)

— Ваш сын действительно верит в смерть своего отца?

— Да! Мы это ему специально сказали, а то не дай бог с ним встретиться захочет, потом необерешься наследственности, но мы с бабушкой про отца только хорошее говорим, чтоб не переживал и стремился стать хорошим человеком.

На приёме: (мальчик 8 лет, тяжелая депрессия и ряд других заболеваний)

— А что с папой?

— Не знаю.

Я обращаюсь к маме:

— Вы не говорите о смерти отца?

— Он знает, мы говорили об этом (мама плачет), да он и не спрашивает, и фотографии смотреть не хочет.

Когда мама выходит из кабинета, я спрашиваю мальчика:

— Тебе интересно про папу узнать?

Мальчик оживает и первый раз смотрит мне в глаза.

— Да, но нельзя.

— Почему?

— Мама опять заплачет, не надо.

Разбитые семьи

За время работы с детьми, в своей практике, мне пришлось столкнуться со следующими фактами:

Дети любят своих родителей одинаково сильно, вне зависимости от демонстрируемого ими поведения.

Ребенок воспринимает маму и папу как целое и как важнейшую часть самого себя.

Отношение ребенка к отцу и отца к ребенку всегда формирует мать. Женщина выступает посредником между отцом и ребёнком, именно она транслирует ребёнку: кто его отец, какой он и как к нему следует относиться.

Мать имеет абсолютную власть над ребёнком, она делает с ним всё что захочет, сознательно или бессознательно. Такая сила дана женщине природой для того, чтобы потомство смогло выжить без лишних сомнений.

Сначала сама мама является миром ребенка, а позднее она выводит ребенка в мир через себя. Ребенок познает мир через маму, видит мир ее глазами, акцентирует внимание на том, что значимо для мамы.

Осознанно и неосознанно мама активно формирует восприятие ребенка. С отцом ребенка тоже знакомит мама, она транслирует степень значимости отца. Если мама не доверяет мужу, то ребенок будет избегать отца.

На приеме:

— Моей дочке 1год 7месяцев. Она с криком убегает от отца, а когда он берет ее на руки — плачет и вырывается. А последнее время стала говорить отцу: «Уходи, я тебя не люблю. Ты плохой».

— А что вы действительно чувствуете к своему мужу?

— Я сильно обижена на него, до слез.

Отношение отца к ребенку тоже формирует мать. Например, если женщина не уважает отца ребенка, то мужчина может отказать ребенку во внимании.

Достаточно часто повторяется одна и та же ситуация: стоит только женщине изменить внутреннее отношение к отцу ребенка, как он неожиданно изъявляет желание видеть ребенка и участвовать в его воспитании. И это даже в тех случаях, когда отец до этого долгие годы игнорировал ребенка.

Отвергнутый отец

Если нарушено внимание, память, неадекватна самооценка, а поведение оставляет желать лучшего — то в душе ребенка катастрофически не хватает отца.

Отвержение отца в семье часто ведет к появлению интеллектуальной и психической задержке развития ребенка.

Если нарушена коммуникативная сфера, высокая тревожность, страхи, а приспосабливаться к жизни ребенок так и не научился, и везде чувствует себя чужим — значит, он никак не может отыскать маму в своем сердце.

Детям легче справляться с проблемами взросления, если они чувствуют, что мама и папа принимают их целиком, такими, какие они есть.

Ребенок растет здоровым эмоционально и физически, когда он находится вне зоны проблем своих родителей — каждого индивидуально или их как пары. То есть он занимает свое детское место в системе семьи.

Ребёнок всегда «держит флаг» за отвергнутого родителя. Поэтому он будет соединяться с ним в своей душе любыми способами.

Например, он может повторять тяжёлые особенности судьбы, характера, поведения и т.п. Причём, чем сильнее мать не принимает эти особенности, тем ярче у ребёнка они проявляются.

Но как только мама искренне разрешит ребёнку быть похожим на своего отца, любить его открыто, у ребёнка появится выбор: соединяться с отцом через тяжелое или же любить его напрямую — сердцем.

отвергая отца.jpg

Ребёнок предан маме и папе одинаково сильно, он связан любовью. Но когда отношения в паре становятся тяжелыми, ребенок силой своей преданности и любви глубоко включается в то тяжелое, что причиняет боль родителям. Он берет на себя столько, что действительно во многом облегчает душевные страдания одного или обоих родителей сразу.

Ребенок может стать психологически равным родителям: другом, партнером. И даже психотерапевтом. А может подняться еще выше, заменяя психологически им их родителей. Такая ноша является непосильной ни для физического, ни для психического здоровья ребенка. Ведь, в итоге, он остается без своей опоры — без родителей.

Когда мама не любит, не доверяет, не уважает или просто обижена на отца ребенка, то глядя на ребенка и видя в нем многие проявления отца, осознанно или неосознанно дает малышу понять, что его «мужская часть» плохая.

Она как бы говорит:

«Это мне не нравится. Ты не мой ребенок, если ты похож на своего отца». И из любви к матери, а точнее из-за глубокого стремления выжить в данной семейной системе, ребёнок всё-таки отказывается от отца, а следовательно и от мужского в себе.

За подобный отказ ребенок платит слишком дорогую цену. В душе этого предательства он себе никогда не простит. И обязательно накажет себя за это сломанной судьбой, плохим здоровьем, неудачливостью в жизни. Ведь жить с этой виной невыносимо, даже если она не всегда осознаётся. Но это цена его выживания.

Чтобы примерно почувствовать, что же происходит в душе ребёнка, попробуйте закрыть глаза и представить двух самых близких для вас людей, за которых вы можете, не задумываясь, отдать жизнь. А теперь вы все трое, крепко держась за руки, оказались в горах. Но гора, на которой вы стояли, неожиданно рухнула. И оказалось, что вы чудом удержались на скале, а два ваших самых дорогих человека повисли над пропастью, держась за ваши руки. Силы кончаются и вы понимаете, что двоих не вытащить. Спасти можно только кого-то одного. Кого вы выберете?

В этот момент мамы, как правило, говорят: «Нет, лучше уж умереть всем вместе. Это ужасно!»

Действительно, так было бы легче, но условия жизни таковы, что ребенку приходится сделать невозможный выбор. И он его делает. Чаще в сторону мамы. Представьте, что вы все-таки отпустили одного человека и вытащили другого.

— Что вы будете чувствовать по отношению к тому, кого вы не смогли спасти?

— Огромную, испепеляющую вину.

— А к тому, ради кого вы это сделали?

— Ненависть.

Отказ от отца — отказ от мужского в себе

Природа мудра — тема злости на мать в детстве табулирована жестко. Это оправдано, ведь мама не только дарит жизнь, она её ещё и поддерживает. После отказа от папы, мама остается единственным человеком, который может поддержать в жизни.

Поэтому, выражая свой гнев, можно спилить сук, на котором сидишь. И тогда этот гнев обращается на самого себя (аутоагрессия). «Это я плохо справился, я предал папу, я сделал недостаточно для того, чтобы…и только я один. Мама не виновата — она слабая женщина». И тогда начинаются проблемы с поведением, психическим и физическим здоровьем.

Мужское гораздо больше, чем похожесть на собственного отца. Принцип мужского — это закон. Духовность. Честь и достоинство. Чувство меры — внутреннее ощущение уместности и своевременности. Социальная самореализация — работа по душе, хороший материальный доход, карьера, возможны, только если в душе человека есть позитивный образ отца.

Какой бы замечательной ни была мать, но только отец может инициировать взрослую часть внутри ребёнка. Даже если отцу самому не удалось выстроить отношения с собственным отцом. Для процесса инициации это не столь важно.

Вы, наверное, встречали взрослых людей, которые инфантильны и беспомощны как дети? Всё это те люди, у которых не было доступа к своему отцу.

— Начинают одновременно кучу дел, имеют множество проектов, но ни один так и не доводят до конца.

— Или те, кто боятся начать дело, проявить активность в социальной самореализации.

— Или те, кто не могут сказать «нет».

— Или не держат данного слова, на них сложно в чём либо положиться.

— Или те, кто постоянно лгут.

— Или те, кто боятся иметь собственную точку зрения, соглашаются со многим против собственной воли, «прогибаясь» под обстоятельства.

— Или наоборот, ведут себя вызывающе, воюют с окружающим миром, противопоставляя себя другим людям, многое делая в пику, или даже ведут себя противоправно.

— Или те, кому жизнь в социуме даётся с огромным трудом, «втридорога» и т.п.

Только рядом с отцом маленький ребёнок впервые познаёт границы. Собственные границы и границы других людей. Грани дозволенного и не дозволенного. Свои возможности и способности.

Рядом с отцом ребёнок чувствует, как действует закон. Его силу. С мамой отношения строятся по другому принципу: без границ — полное слияние.

Как пример, можно вспомнить поведение европейцев — в Европе ярко выражены принципы мужского, и русских — в России ярко выражены принципы женского.

Европейцы, на какой бы маленькой территории не оказались в пространстве, интуитивно размещаются таким образом, что никому никто не мешает, никто не нарушает ничьих границ, и даже если это переполненное людьми пространство, то всё равно каждому остаётся место для своих интересов.

Русские же наоборот, бессознательно стремятся заполнить собой всё пространство. И рядом уже никому не остаётся места. Потому что не чувствуют своих собственных границ. Начинается хаос. А это именно то, чем и является женское без мужского.

Именно в мужском потоке формируются достоинство, честь, воля, целеустремлённость, ответственность — во все временна высоко ценимые человеческие качества.

Другими словами, дети, которых мама не допустила к отцовскому потоку, сознательно или бессознательно, не смогут легко и естественно пробудить в себе уравновешенного, взрослого, ответственного, логичного, целеустремлённого человека — теперь придётся прилагать огромные усилия.

Потому что психологически они остались мальчиками и девочками, так и не став мужчинами и женщинами.

Теперь за мамино решение: оградить ребёнка от отца, человек всю жизнь будет платить невероятно высокую цену. Словно он потерял благословение на жизнь.

«Если жена уважает мужа, а муж уважает жену, дети тоже чувствуют уважение к себе. Кто отвергает мужа или жену, тот отвергает его или её в детях. Дети воспринимают это как личное отвержение» — Берт Хеллингер.

Мальчики

Отец играет разные, но значимые роли для сына и дочери. Для мальчика отец — это его самоидентификация по полу, т.е. ощущение себя мужчиной не только физически, но и психологически. Отец — это родина для сына, его «стая».

Мальчик с самого начала рождается у человека другого пола. Всё с чем соприкасается мальчик в матери — иное по сути, иное, чем он сам. Женщина переживает то же чувство. Поэтому замечательно, когда мама может одарить сына своей любовью, наполнив женским потоком, инициировав женские принципы, с любовью отпустив его на родину — к отцу.

Кстати, только в этом случае сын может уважать свою мать и быть ей искренне благодарен. С момента рождения и, примерно, до трёх лет мальчик находится в поле влияния матери. Т.е. он напитывается женским: чувствительностью и нежностью. Способностью к близким, доверительным и долговременным эмоциональным отношениям.

Именно с матерью ребёнок учится эмпатии — вчувствование в душевное состояние другого человека. В общении с ней пробуждается интерес к другим людям. Активно инициируется развитие эмоциональной сферы, а так же интуиции и творческих способностей — они тоже в зоне женского.

Если мать была открыта в своей любви к малышу, то в последствии, став взрослым, такой мужчина будет заботливым мужем, ласковым любовником и любящим отцом.

В норме, примерно, после трёх лет, мама отпускает сына к отцу. Важно подчеркнуть, что она отпускает его навсегда. Отпускает, значит, разрешает мальчику напитываться мужским и быть мужчиной. И для этого процесса не столь важно жив отец, или умер, может быть у него другая семья, или он далеко, или у него тяжелая судьба.

Бывает и так, что биологического отца нет и не может быть рядом с ребёнком. Тогда здесь имеет значение, что мать чувствует в душе к отцу ребёнка.

Если женщина не может согласиться ни с его судьбой, ни с ним, как правильным отцом для её ребёнка, то малыш получает пожизненный запрет на мужское. И даже правильная среда, в которой он вращается, не сможет скомпенсировать ему эту утрату.

Ребенок может занимается мужскими видами спорта, второй муж мамы может быть замечательным человеком и мужественным мужчиной, возможно даже есть дедушка, или дядя, готовые общаться с ребенком, но всё это останется на поверхности, как форма поведения.

В душе ребёнок никогда не осмелится нарушить материнского запрета. Но если женщине всё таки удаётся принять отца ребёнка в своём сердце, то ребёнок бессознательно будет чувствовать, что мужское это хорошо. Сама мама дала своё благословение.

Теперь встречая в своей жизни мужчин: дедушка, друзья, учителя, или новый мамин муж, ребёнок сможет через них напитываться мужским потоком. Который он будет брать у своего отца.

Единственное, что имеет значение, это какой образ в душе у матери об отце ребёнка. Допустить ребёнка к отцовскому потоку мама может только при условии, что в душе она уважает отца ребёнка, или как минимум, хорошо к нему относится.

Если этого не происходит, то бесполезно говорить мужу: «Иди, поиграй с ребёнком. Сходите вместе погулять» и т.п., отец этих слов не услышит, так же, как и ребёнок. Воздействие имеет только то, что принято душой.

Благословляет ли мама отца и ребёнка на взаимную любовь друг к другу? Наполняется ли мамино сердце теплом, когда она видит, как ребёнок похож на своего отца? Если отец признан, то теперь малыш начнёт активно наполнятся мужским.

Теперь развитие пойдёт по мужскому типу, со всеми мужскими особенностями, повадками, предпочтениями, и нюансами. Т.е. теперь мальчик сильно начнёт отличаться от маминого женского и всё больше станет походить на папино мужское. Так вырастают мужчины с выраженным мужским.

Девочки

С дочерьми этот процесс обстоит несколько иначе. Девочка тоже, примерно, до трёх лет находится с мамой, напитываясь женским.

В районе трех — четырёх лет она переходит под влияние отца и находится в поле его влияния примерно до шести — семи лет. В это время активно инициируется мужское: воля, целеустремлённость, логика, образное мышление, память, внимание, трудолюбие, ответственность и т.д.

А самое главное, именно в этот период закладывается понимание того, что девочка отличается от папы по полу. Что она похожа на маму и скоро она станет такая же красивая женщина как мама. Именно в этот период дочери обожают своих отцов. Активно проявляют знаки внимания и симпатию по отношению к папе.

Хорошо, если мама это поддержит, а папа сможет показать дочери, что она прекрасна и что он её любит. В дальнейшем именно этот опыт общения с самым главным мужчиной в жизни позволит ей чувствовать себя привлекательной женщиной.

Дочери, не допущенные в своё время к отцу, психологически так и остаются девочками, не смотря на то, что уже давно стали взрослыми.

По истечении некоторого времени папе очень важно отпустить дочь обратно к маме — в женское, а маме — её принять. Это происходит, когда девочка начинает чувствовать, что папа любит маму чуть больше чем её, и что как женщина мама нравится и подходит папе больше. Это горькое расставание с самым лучшим мужчиной, но невероятно целительное.

Теперь у девочки инициированы принципы мужского, значит она многого сможет добиться в жизни. Но самое главное, у неё есть счастливый опыт быть принимаемой и любимой мужчиной. Вернувшись к маме, она теперь всю жизнь будет наполнятся женским. Эта сила даст ей возможность найти хорошего партнёра и создать семью, родить и воспитать здоровых детей.

Что делать, если мать не уважает отца ребенка?

Обычно после подобного открытия мамы чувствуют себя растерянными и полными противоречий. Все они задают примерно одни и те же вопросы:

«Как же быть, если отца своего ребенка я не только не люблю, я его просто ненавижу?! Его даже уважать не за что — опустившийся человек! Я что, ребенку врать буду, что его отец хороший человек? Да я ребенку только и говорю: «Посмотри на своего отца… Умоляю, только не будь как он!» Или: «Когда я вижу, что моя дочь хмурит брови, как ее отец, я хочу убить их обоих!».

Если смотреть на это так, то появятся злость и отчаяние. Если, находясь в ненависти к отцу ребёнка, остановиться только на одну минуту и ответить себе только на один вопрос: «Какие у меня были к нему чувства, когда мы только начинали встречаться, когда я согласилась выйти за него замуж?» Практически все женщины вспоминают, что когда-то они любили своих избранников, а их сердце было наполнено радостью и теплом.

В большинстве случаев, ребёнок все-таки появляется благодаря этой любви. Любви мужчины и женщины друг к другу. Ребёнок плод этой любви. Он обязан этой любви и тому, что мама, когда-то выбрала этого мужчину.

Если у вас остались собственные детские воспоминания, то наверняка там отыщется детское чувство недоумения и непонимания родительских конфликтов. Ведь для ребёнка оба родителя равно значимые и одинаково любимые.

Женщина очень часто смешивает свои парные отношения с родительскими. Для ребёнка это невыносимо. Женщина как бы говорит своему малышу: «Он плохой партнёр для меня, значит он плохой отец для тебя».

Это разные вещи. Ребёнок не должен быть включён в особенности отношений пары. Образно говоря, дверь в родительскую спальню должна остаться для него закрытой навсегда. А вот как родители, эти два человека остаются в его полном распоряжении. Т.е. мужчина как партнёр и как отец ребёнка это два разных человека.

Ребёнок ничего не знает об отце как о партнёре. А женщина не знает его как отца. Поэтому для женщины он только партнёр, а для ребёнка только отец.

Мать, которая не может принять отца своего ребёнка, не может полностью принять и ребёнка. Поэтому она не может любить его безусловной любовью. А в этом случае ребёнок теряет доступ к обоим родителям.

Теперь отношения с мамой внутренне, душевно будут тяжелы. Ребёнок либо будет подстраиваться и угождать матери, при этом частенько болея, так «пережигается» агрессия на мать, либо ребёнок активно будет протестовать. Но ни в первом, ни во втором случае открытой любви между матерью и ребёнком не будет.

Кстати, люди, которые не любят себя, считают себя некрасивыми, не принимают свою индивидуальность, а так же те, кто склонны к чрезмерному самоосуждению и осуждению всех и вся, это те бывшие дети, мать которых осуждала и отвергала в них их отца.

Теперь отношения с самим собой и жизнью строятся по усвоенному в детстве принципу.

Но если женщине все-таки хватит мужества и любви к ребёнку, чтобы не вываливать тяжесть парных отношений на своё чадо, отделить в своей душе парные отношения от родительских, то у ребёнка наступит огромное душевное и физическое облегчение.

Многие дети перестают болеть после проделанной душевной работы их мамой. Тогда, не смотря на то, что родители разошлись, или не ладят, у ребёнка хватит в дальнейшем сил, чтобы жить и продолжать жизнь.

Наши предки знали такую закономерность, что если женщина умеет уважать своего мужа, своих и его родителей, то дети в таких семьях не болеют, а их судьбы складываются удачно.

Практика работы с детьми, подростками и взрослыми людьми показала, что самая сильная человеческая боль, имеющая долговременные последствия, это боль от потери родителей в своей душе. Кстати, именно эта потеря является, зачастую, причиной депрессии.

Поэтому для облегчения жизни ребенка и его полного выздоровления важно не столько само физическое присутствие родителей в повседневной жизни ребенка, сколько доброе и уважительное отношение к ним в его собственной душе. Словно родители никогда не покидали ребенка, а стоят за его спиной. Стоят, как ангелы — хранители. И так с первого и до последнего дня жизни.

Неслучайно, что из десяти заповедей объяснением и мотивировкой сопровождается только пятая: «Чти отца и матерь твою, чтобы ты жил на земле долго и счастливо». Именно это знание позволяет выжить человечеству, оставаясь духовно и физически здоровым.

Ведь только тогда, когда сердце наполнено почтением и благодарностью своим родителям, хотя бы за бесценный дар жизни, можно смело идти вперёд.

Случай из практики

Хочется рассказать об одном случае, ярко иллюстрирующем выше сказанное. Ко мне обратились мама и бабушка одного семилетнего мальчика. У ребенка было очень тяжелое состояние: кроме невероятной неуправляемой агрессии, истерик, постоянной тревоги, проблем в школе, ночных кошмаров, страхов, были еще сильнейшие головные боли и мучительное ощущение мурашек по всему телу.

Мама с папой у этого мальчика развелись очень давно. Ребенок помнил отца больше по фотографиям. Всю свою сознательную жизнь он жил с мамой и бабашкой. Ребенок был полной копией своего отца. Как внешне, так и в характере все чаще обнаруживалось сходство.

Единственное, что слышал мальчик о своем отце, это то, что его родитель — невероятное чудовище, мама с бабушкой не скупились на эпитеты, и еще то, что он к их большому горю как раз на это чудовище очень похож. И теперь перед ребенком ставилась задача перебороть «злые» качества и стать хорошим человеком.

А на приеме передо мной сидел совершенно замечательный ребенок, к тому же с большими творческими способностями, но рассуждал он о жизни так, как будто ему лет семьдесят, не меньше. Мы взялись за работу все вместе: мама, бабушка, мальчик и я. Первое, что сделали женщины, это решительно изменили политику семьи.

Мама начала рассказывать сыну о том, какими хорошими качествами обладает его отец. О том хорошем, что было у них в отношениях. О том, что ей нравится, что сын похож на своего отца. Что он может быть абсолютно таким же, как папа.

Самое главное, что сын не несет ответственности за их партнерские отношения. И не зависимо от того, что они разведены как пара — как родители они останутся для него навсегда вместе. А сын может любить папу ничуть не меньше, чем маму. Некоторое время спустя мальчик написал папе письмо. У сына появилась папина фотография на письменном столе, а другую, маленькую, он стал носить с собой в школу.

Потом в семье появились дополнительные праздники: день рождение папы; день, когда папа сделал маме предложение; когда папа выиграл матч. А самое главное, теперь, когда мама смотрела на сына, она с гордостью произносила: «Как же ты похож на своего отца!»

Когда состоялась наша очередная встреча, мама поделилась, что врать вообще не пришлось — бывший муж действительно многогранная личность. А вот с сыном стали происходить просто фантастические изменения: сначала пропала агрессия, потом — страхи, боли; появились успехи в школе, исчезли злополучные мурашки, ребенок стал управляемым. И снова вернулся к жизни.

«Я не могу в это поверить, неужели отец играет такую роль?!».

Да, каждый из нас — продолжение и итог слияния двух потоков жизни: материнского, и ее рода, и отцовского, и его рода. Соглашаясь с этим в ребенке, принимая его судьбу такой, какая она ему дана, — мы даем ему шанс расти. Это и есть родительское благословение на Жизнь.

Ради поддержания равновесия Вселенной, после позавчерашней мрачной истории следует история прекрасная, романтическая и жизнеутверждающая. Это интервью дочери и отца, живущих как семейная пара (но лишённых права заключить брак), позаимствовано из рубрики Case study блога Full Marriage Equality (далее FME) Кейта Пульмана.
Предупреждение: данное интервью содержит описания, которые могут вызвать моральное негодование и/или аморальную зависть. Consider yourselves horned warned.
FME: Опишите себя.
Дженна: Меня зовут Дженна, мне 23, белая, 5″3′. Я живу с отцом в настоящее время. Я учусь медицине в местном колледже и надеюсь стать зарегистрированной сестрой. У меня есть старший брат, ему 25. Я в настоящее время беременна, это моя первая беременность. Это ребенок моего отца. Мы живем вместе.
Джон: Я Джон, мне 45 лет, белый, 6″2′. Я в хорошей форме, потому что работаю в строительстве и постоянно поднимаю и таскаю тяжелые штуки. Я занимаюсь этим уже 20 лет. Я родился и вырос на земле, мне нравится охота, рыбалка, гонки по грязи и всё такое; но я привожу себя в порядок, когда мы выходим поесть или типа того. У меня два брата; старший и младший.
FME: Вы женаты или когда-нибудь были женаты?
Дженна: Никогда.
Джон: Я был женат раз, на матери двух моих старших детей.
FME: Как бы Вы описали свою сексуальную ориентацию и ваши отношения?
Дженна: Я бисексуалка, и отношения у нас полиамурные. В принципе, мы пара; но мы оба встречаемся и с другими партнёрами.
Джон: Я строго гетеро!
FME: В каких отношениях вы были, когда Дженна росла? Вы разлучались?
Дженна: Нет, я всегда жила с ним. Моя мама оставила нас в детстве, но папа всегда был рядом со мною.
Джон: Мы всегда были близки. Подрастая, Дженна всегда была типичной папиной дочкой; всегда была близка ко мне и хотела знать, что я делаю. А я заботился о ней и её брате.
FME: Как сексуальная привязанность стала частью ваших отношений?
Дженна: Ну, мысли об инцесте всегда вроде как заводили меня, и ещё я начала замечать, что папа засматривается на меня, и даже смотрит порно отец/дочь на компьютере.
Как то мы лежали с ним в постели, и вдруг я почувствовала, что в меня упирается его возбуждённый член. Я попросила папу передвинуть его, и он даже попытался, но ничего из этого не вышло. Так что я дотянулась и подвинула его сама; и папа аж застонал, когда я коснулся его. Я хихикнула, и он сказал «Извини, детка, просто ощущения потрясяющие», а я ответила ему, что всё в порядке, и начала поглаживать его. Папины глаза расширились, и он, типа, «Ты уверена, что хочешь этого, Дженна?», а я, не отвечая, наклонилась и взяла у него в рот.
Джон: Я начал замечать, насколько она прекрасна, когда она ещё была совсем юной, и чувствовал себя виноватым из-за того, что думаю о ней так, но я ничего не мог поделать. Я искал рассказы и видео про инцест, и всегда представлял нас вместе. Я бы не попробовал с ней ничего реально, потому что она была моя маленькая девочка, и я бы никогда не причил ей боль, но тут все случилось, как она и рассказала. Я был до того потрясён, что не знал, что сказать; кроме того, что всё спрашивал её, действительно ли она согласна.
Дженна: Я воображала себе, как бы это могло быть; но никогда не думала, что это случится на самом деле. Я и нервничала, и боялась, что он на меня разозлится, и была возбуждена, потому что я могу, наконец, сделать это. Тема инцеста всегда очень возбуждала меня; уж не знаю, почему.
Джон: Я был напуган, что Дженна будет сожалеть об этом и, возможно, донесёт на меня; но всё равно был крайне взбудоражен тем, что происходит всё то, о чём я всего лишь мечтал. Я был наполнен любовью к ней.
FME: У вас были или есть подобные чувства к другим членам семьи, не важно, кровным родственниками или нет?
Дженна: Нет, я не чувствовала ничего такого к другим родственникам. Я видела голым дядю, и я однажды застала брата за мастурбацией, но никогда ничего с ними не делала.
Джон: Я всегда чувствовал, что любые два человека, которые любят друг друга, имеют право быть вместе. Моя мама всегда была очень открыто сексуальной, и любил ходить обнаженной. Я наслаждался видом ее обнаженного тела, когда рос. С мамой я потерял девственность.
FME: Джон, твой отец тогда жил с вами?
Джон: Вроде того, но он всегда был пьян либо на работе, и вёл себя как мудак со всеми, включая маму. Он относился к ней, как к дерьму.
FME: Итак, как же вы потеряли девственность с мамой?
Джон: Когда я и мои братья подросли, мы начали уделять больше внимания маме, и увидели, насколько она красивая женщина. Я думаю, что и она заметила. Однажды она пришла ко мне с жалобами на то, что мой отец всегда плохо к ней относится и называет уродиной. Я сказал ей, что она самая красивая женщина и обнял ее. Она заплакала и сказала, что она больше не чувствует себя женщиной, и уже давно ни один мужчина не давал ей это почувствовать.
Я жутко нервничал, когда сказал ей, что я дам ей это почувствовать. Она ответила, что покажет мне, что делать; и так всё и началось.
Так как я и мои братья боготворили её, мы все, в конце концов, начали выказывать ей нашу любовь. После, как мой отец с ней обращался, с нами, вероятно, она чувствовала себя богиней.
FME: Возвращаясь к вам двои, как бы вы описали ваши любовные отношения сейчас? Табу? Естественные? Особенно эротические? Кто вы, family-with-benefits, гёрлфренд и бойфренд, или супруги? Некоторые говорят, что семейная эротика по своей сути извращение (kinky); но я обнаружил, что для многих она не является извращением. А для вас?
Дженна: Это очень естественно. У нас бывают и нежные занятия любовью, и жёсткий секс — зависит от нашего настроения. Я бы сказала, что мы гёрлфренд и бойфренд. Это не очень извращённо. Я имею в виду, что мы пробуем разные штучки вроде связывания, ролевых игр и прочего, но обычный секс происходит так же, как и между двумя любыми другими людьми. Мой папа лучший партнёр, который у меня был. Он знает, чего я хочу.
Джон: Очень естественно. Поначалу это ощущалось чертовским табу, но теперь это просто естественный секс, как с кем-то ещё. Я не думаю, что это извращение — быть вместе. Она лучшая изо всех, что у меня были; отчасти потому, что она готова пробовать разные штуки.
FME: Опишите ваши отношения в настоящее время. Каковы вы живёте вместе? Видите ли вы друг в друге членов семьи или любовников, или эти две роли неотделимы? Были ли у вас другие любовники с тех пор, как ваши отношения друг с другом стали сексуальными, и известно ли им о ваших отношениях друг с другом?
Дженна: Мы очень близки; мы, как парень и подруга. Он все еще мой папа, и иногда он только папа, и ничего больше; а иногда он мой любовник. У меня есть комната, где я сплю, когда в доме кто-то есть, но в любое другое время я сплю с ним. Мы оба встречаемся с другими людьми и занимаемся сексом вне наших отношений. Это согласованное решение, чтобы избежать неудобных вопросов. Один из моих бывших бойфрендов в курсе; я не знаю, говорил ли кому папа.
Джон: Мы очень близки. Порой я должен быть её папой, но в другое время я её любовник. Я встречался с несколькими женщинами с тех пор, как мы начали, и нет, я не сказал ни одной из них.
FME: Кто еще знает о истинной природе ваших отношений? Как они отреагировали? Вы в состоянии открыто жить, как пара?
Дженна: Мой брат знает о нас. Однажды он нас застал. Сначала он запаниковал, потому что инстинктивно подумал, будто папа меня принуждает; но когда мы сели и поговорили, он успокоился. Он все еще обеспокоен тем, что происходит; но он никогда не осуждал нас и не пытался остановить. Он просто попросил, чтобы мы не делали это при нём. Мы обычно ведём себя как пара, когда выбираемся поесть, в кино и прочее; мы не очень-то пытаемся это скрыть, хотя и не ведём себя, как любовники, в присутствии членов семьи.
FME: Необходимость скрывать истинный характер ваших отношений имеет свои недостатки. Можете ли вы их описать? И напротив, думаете ли вы, что у единокровных отношений есть некоторые преимущества?
Джон: Я ненавижу скрываться. Я отдал бы всё за возможность открыто признать наши отношения, без страха быть арестованным. Я считаю, что родственная связь поначалу добавляет озорства (naughtiness), но через некоторое время разница уже невелика.
Дженна: Тот факт, что мы должны скрывать наши отношения, делает их более захватывающим для меня. Да, иногда это отстой, но я люблю ощущение того, что я что-то скрываю. Я не уверена, что состояние родства действительно добавляет хоть что-то к отношениям; кроме, пожалуй, того, что вы очень хорошо знаете друг друга.
FME: Что вы хотите сказать людям, которые не одобряют ваших отношений, или не одобряют всех, находящихся в подобных отношениях? Каков ваш ответ тем, кто утверждает, будто вы не можете дать согласие, и вами злоупотребляют (abused)?
Дженна: Честно говоря, всё, что у меня есть сказать этим людям: это моя жизнь, и я буду жить её так, как я хочу. Если вам это не нравится — уходите. Я скажу им, что они слишком глупы, чтобы понять, что это я начала наши отношения, и мой папа никогда меня не заставлял, не злоупотреблял мною, не использовал меня и не обращаться со мной плохо.
Джон: Я просто говорю, если два человека готовы жить вместе и любить друг друга, зачем судить их? Это их жизнь, и их выбор. Я никогда не делал ничего, что могло навредить моей дочери, и она сделала первый шаг.
FME: Что бы вы посоветовали человеку, испытывающему сексуальные или романтические чувства к члену семьи?
Дженна: Только то, что вы никогда не должны спешить. Убедитесь, что этот член семьи тоже хочет того же. Лучше всего делать это намёками: говорить им, что они выглядят потрясающе; делать много комплементов; «случайно» позволять им видеть вас голой или «забывать» очистить историю посещенных сайтов инцеста. И посмотрите, как они реагируют. Если они начинают вести себя по-другому — легче одеваться в вашем присутствии, кокетничать с вами, то вы можете постепенно предпринимать сексуальные шаги. Просто никогда не спешите, и не делайте что бы то ни было, если вы не уверены в согласии партнёра; потому что вы должны помнить, что это — ваша семья.
Джон: Я, честно говоря, не очень хорош в советах. Я до сих пор иногда удивляюсь, как я оказался настолько удачлив, чтобы быть вместе с моей прекрасной дочерью.
FME: Помимо закона, который я считаю смехотворным, есть ли что-то ещё, что делает отношения, подобные вашим, дурными?
Джон: Нет. В отношениях, на которые обе стороны согласны, я не вижу никаких проблем.
Дженна: Я, честно говоря, не вижу ничего плохого в отношениях, подобные нашим. Единственно, когда я не согласна с инцестом, это когда его участники не полностью согласны.
FME: Если бы вы могли заключить законный брак, и быть защищеными от дискриминации, вы бы согласились?
Дженна: Мы, вероятно, поженились бы, если бы закон нам позволял.
Джон: Я бы, наверное, давно сделал ей предложение.
FME: Вы знакомы лично или знаете кого-нибудь, кто имеет опыт единокровных сексуальных отношений?
Джон: Только мои братья и мама.
Дженна: Один из моих школьных друзей зачал ребенка со своей матерью, когда ему было шестнадцать лет. Никто, кроме меня, его, и его матери не знает, что это на самом деле их сын. Все, в том числе его отец, считает, что это сын его отца. Кроме того, я беседовала с братом и сестрой в Интернете, которые уже какое-то время занимаются оральными играми и сейчас планируют поэкспериментировать с сексом.
FME: Как обстоят дела с беременностью?
Дженна: Проверки показали, что девочка совершенно здорова и развивается с удивительной скоростью.
FME: Какие планы на будущее?
Дженна: Просто растить нашу дочь.
Джон: Быть вместе и растить нашу дочь.
Желаю им счатья!

Я влюбилась в отца

В детстве, когда мне было годика три-четыре, мама «провела» со мной немногословную, но интересную беседу. Я ей сказала, что хочу выйти замуж за папу, а она сказала, что это невозможно, потому что мама – его жена. Я так расплакалась в ответ…

Я влюбилась в своего отца

Прошло много лет. И я поняла, что слова мои не были пустыми. Я люблю собственного папу. Он является моим самым идеальным идеалом. В нем есть все те черты, которые мне нравятся в мужчине. Почему нет в других такого сочетания черт? Может, все упорно скрывают такое сочетание?

Папа понимает меня так, как никто другой…

Он – мой лучший друг, самый лучший человек. У меня не бывает секретов от него. Все ему рассказываю, всем на свете делюсь. Даже рассказываю ему то, что вроде папам не рассказывают. Просто мама ушла к другому, а меня оставила с папой. А я так устроена: делюсь всем тем, что меня волнует, что гложет, что беспокоит.

Я ревную его к другой женщине

Мама ушла, папа нашел женщину. Как я ревную его к ней! Ненавижу ее! Хотела как-то перебраться к маме, чтобы не встречаться с этой дамочкой, но как оказалось, маме я не нужна и вовсе. Она устроила свою жизнь. И в ее жизни нет ни чуточки свободного места для меня. Не обижаюсь, но я удивляюсь. Я – ее дочка! Как можно нарушать все правила приличия по отношению ко мне? По-крайней мере я, по отношению к своей родной доченьке, так бы не поступила.

Если бы я объяснила, почему я так хочу «убежать» от папы – мама бы меня, скорее всего, сдала бы в психушку или еще куда-то. И друзья мои ничего совершенно не знают. Боюсь говорить что-либо. Находясь на моем месте, вряд ли что-то кому-то на данную тему «лепил» бы что-нибудь.

Любить папу – не грех

Но в том лишь случае, если любовь к нему – естественная, а не такая как у меня. Корю себя, но нет сил не любить папу. Люблю…. Он – лучший из лучших.

Не пойму: почему мама променяла его на другого. «Другого» я видела, но так и не сумела понять, чем он лучше. Если он круче по финансовому положению – чушь! Больше – выпендрежа, чем чего-то иного.

Пришла я однажды домой. Папа спал сладко. Я укрыла его одеялом, посмотрела на него и ушла в свою комнату. Плакать. Плакать и не спать. Я уже наверное больше четырех лет только то и делала, что не спала и ревела в подушку. Слезы спасали исключительно душу. И то – порой. Папа видел мои слезы. Я придумывала причины их «потоков». И они каждый раз отличались от предыдущих. Врать не хотелось. Но правда моя – страшнее любой лжи. Он же не поймет! А его непонимания или смеха я не вынесу.

Я перееду жить к подруге

У нее – просторная трехкомнатная квартирка. Одна комната из них – для меня. Мне будет лучше там. К папе я буду приезжать. Потому что меня бесит та особа, которая живет с ним. Почему я – не она? Смешно то, что я считаю ее соперницей. Мачеху-то! До чего доводит любовь….

Были бы волшебники – пошла бы к ним за помощью

А так – приходится все «вынашивать» в себе, надеясь, что это самое «всё» само от меня отстанет. А оно и не думает об этом. Как я мучаюсь, ненавидя себя и весь этот несправедливый свет! Сигареты, кофе и музыка. Они отвлекают меня более-менее от всяких мыслей. Какие они – помолчу, чтобы не приводить в состояние ужаса читающих.

Папа учит меня готовить кушать. Делает это он здорово и с удовольствием. Люблю наблюдать за движением его рук. Его руки – прекрасны…. Кстати, хочу написать его портрет. Но он не согласится. Если от того, что его фотографировать пытаются, он начинает очень злиться – рисунки и портреты можно отменить сразу. А я бы взяла папин портрет на квартиру к подруге. Пускай он будет со мной хотя бы на фото или на моем творении.

Честно скажу: нарисовала я однажды отца, когда он сладко спал. Он не знает естественно об этом. Портрет, нарисованный мной, я припрятала в своем тайничке. Не буду расписывать подробно, где мой тайник находится, потому что боюсь, что он прочтет когда-то мою статью. Есть вещи, которые знать нельзя!

Я растворялась в Интернете…

Я искала в интернете ответы на свои непростые вопросы. Встречала лишь одни осуждения. Ну зачем так? Откуда в людях несправедливости и жестокости столько? Не отрицаю и того, что они (жестокость и несправедливость) живут вообще в каждом человеке. Я и не требую чего-то особенного.

Просто прошу: «переверните» взгляды, дорогие люди! Скоро папа женится на той, с кем живет и потом у меня появится сводная сестричка (судя по УЗИ). Нет, ненавидеть ее не буду. Она – моя сестричка, хоть и родная только на половину. Мой папа очень счастлив. И я, видя это, становлюсь еще счастливее. Когда ему хорошо – хорошо и мне. Моя любовь – моя проблема. Я не собираюсь бежать от нее. Это – нереальное решение. Я оставлю любовь перерастать в обыкновенную привязанность. Нужно правильно жить, а не так, как хотелось бы…!?

Гуляя в полном одиночестве, мне о многом удалось поразмыслить…

Я чувствовала себя лишней в жизни папы и в жизни мамы. Родится сестренка – я уеду к подружке, как и хотела. Буду приезжать тогда, когда нужно будет помочь папиной женщине с присмотром за малышкой. Буду делать это с любовью и с удовольствием, потому что люблю детишек. А о сестричке, если серьезно, я мечтала давно. Правда лучше, если бы она родилась от «общих» моих родителей.

Испытывая ненависть к Ирине, «будущую» сестренку я уже люблю. Так, будто она – моя родная дочурка. Потому наверное, что она – папина. Я вот что подумала. Родителей – не выбирают. Значит – сестренок или братиков – тоже. Я должна радоваться счастью даже тогда, когда переполняюсь страданиями. Сложно, но нет ничего невозможного. Это – не прочитанная истина, а пришедшая с годами. Если захочет человечек достигнуть цели – он достигнет ее, если постарается. И в этом ему помогут его личностные качества.

Пишу, сама не веря тому, что пишу, но пишу то, что чувствую. Ну, накрутила! Переволновалась, скорее всего. Спокойствие сохранять не выходит. Тут, во всяком случае. Любовь, любовь, любовь…. Она пришла не в том образе, в котором я ее ожидала встретить. А она пришла и не спросила, хочу ли я видеть ее такой. Она – наглая. Но наглость – счастье, живущее под номером два.

Я притупила боль литром кофе. Потом – сигаретным дымочком. Потом – сном. Но я не забываю реальность: я возвращаюсь к ней, чтобы все изменить.

Далее . . .

Я в него влюбилась — Мужчина старше девушки

Как понять, Любовь ли это? — Мои чувства