Худые волосатые бабушки

«Разыскивающий»

Детективный триллер Уилльяма Фридкина («Французской связной», «Изгоняющий дьявола»), посвященный гей-круизингу: коп в исполнение Аль Пачино, чтобы найти серийного убийцу гомосексуалов, отправляется в путешествие по злачным притонам Нью-Йорка (разумеется, под прикрытием). Но чем глубже он увязает во всем этом, тем сильнее начинают размываться границы его гендера.

Гомосексуалам фильм, кстати, сильно не понравился. Критикам, строго говоря, тоже. «Разыскивающий» номинировался на «Золотую малину» — и стал одной из тех картин, что забили последний гвоздь в гроб Нового Голливуда (впрочем, до триумфального провала вестерна «Врата рая» ей все-таки было далеко). Что тут скажешь: из сегодняшнего дня этот фильм смотрится совершенно иначе.

Это восхитительная и жутко недооцененная картина про кризис сексуальной и социальной идентичности. Стоит сказать, что и сейчас «Разыскивающий» выглядит довольно откровенно, чего уже говорить про 80-е. Чтобы избежать присвоения рейтинга X (порнография), Фридкин вырезал из фильма 40 минут (которые Джеймс Франко потом реконструировал в картине «Место действия: кожаный бар»), а на нашем телевидении канал «Россия» в 2007-м (еще не гомофобном) году показывал и вовсе сильно купированную версию. Все дело в том, что сцены однополого секса в «Разыскивающем» разыгрывали не члены Гильдии актеров массовки, а реальные гомосексуалы в гей-барах, которые помогали Фридкину в сборе фактуры, а потом, так уж и быть, выступили статистами. Кажется, именно с них (но уже в пародийном ключе) в «Полицейской академии» были списаны завсегдатаи заведения под вывеской «Голубая устрица».

«Идиоты», «Антихрист», «Нимфоманка» (1, 2)

До того как снять по-настоящему фривольную «Нимфоманку» и порнографический опенинг в «Антихристе» (а также постараться всех убедить в том, что «член Уилльяма Дефо ничем не уступает члену его порно-дублера»), датский проказник и большой провокатор Ларс фон Триер поупражнялся в постановке масштабной и довольной продолжительной оргии в «Идиотах».

Что при этом чувствовали актеры, можно только догадываться, ведь о работе фон Триера с артистами ходят всевозможные легенды. Так, например, Пол Беттани рассказывал такую историю: «Когда я приехал сниматься в «Догвиле», Ларс забрал меня из аэропорта, чтобы отвезти в Тролльхеттен, где проходили съемки. Мы остановились на бензоколонке и зашли в магазин. И тут Ларс спрашивает: «Пол, тебе нужна порнография?». А мы только познакомились! «Что, простите?» — спрашиваю. «Ну, тебе нужны порножурналы?» — «Да нет, я в порядке, спасибо, конечно, Ларс». Тогда он подходит к стеллажу с порножурналами и покупает все сразу. Потом мы приезжаем в отель, Ларс вываливает все 300 журналов мне на пол и уходит. Возвращается через 15 минут с Николь Кидман. «Пол, это Николь». «Николь, это Пол. Николь, посмотри, какая у Пола гора порнографии!».

Но если кому-то действительно интересно, есть документальный фильм о том, как снимались «Идиоты» и та самая оргия.

«Коричневый кролик»

Вызвавшая скандала на Каннском фестивале 2003 года вторая режиссерская работа Винсента Галло, обернувшаяся для него репутационным сальто-мортале. Драму про фрустрированного мотогонщика (в исполнении самого Галло) и его непростые взаимоотношения с мертвой возлюбленной настолько невзлюбил видный кинокритик Роджер Эберт, что назвал ее худшей в истории Канн (впрочем, потом он сместил «Коричневого кролика» с этого пьедестала — и поставил вместо него «Бойню» Брильянте Мендосы, а также похвалил Галло за то, как он удачно перемонтировал фильм). Стоит сказать, что на каннской премьере всех возмутила бессюжетность и затянутость «Кролика», а внимание привлекла четырехминутная (происходящая, правда, исключительно в воображении главного героя) сцена минета, который Хлоя Севиньи делает Галло. В итоге режиссеру пришлось выйти на сцену и извиниться за фильм, в то время как Хлоя (на момент съемок, кстати, состоявшая в отношениях с Винсентом) сгорала от стыда.

«Битва на небесах»

Чемпион по количеству медленных планов, юрист-межународник по образованию и режиссер-метафизик по призванию Карлос Рейгадас («Япония», «Безмолвный свет») слывет мексиканским Тарковским — точнее, его еще более радикальной и бескомпромиссной версией. В его втором фильме «Битва на небесах» (богословском эссе с порнографическими сценами — точнее, с минетом в раю) хорошенькая генеральская дочка Анна (Анапола Мушкадис), точно спустившейся на Землю ангел, сражается за душу ветерана силовых структур, толстяка Маркоса (Маркос Эрнандес), погубившего невинного младенца ради выкупа.

«Клык»

Греческая трагедия Йоргоса Лантимоса («Лобстер», «Убийство священного оленя») с сексуальными перверсиями про родителей, которые растят своих взрослых детей в социальной изоляции, врут им про окружающий мир, называя зомби цветочком, а кошку — лютым хищником, и заставляют старшего сына сношаться с сослуживицей отца семейства. В «Клыке», равно как и во всех остальных своих фильмах, Лантимос использует гротескную (даже трансгрессивную) форму, чтобы рассказать про дисфункциональность любых отношений, построенных на лжи и подмене понятий. Такое кино, конечно, не для слабонервных, оно с клыками.

«Клип»

Не вышедший в прокат сербский фильм (а мы знаем, какие хардкорные фильмы умеют снимать в Сербии), выглядящий побратимом германиковских синема-верите про отвязных старшеклассниц («Все умрут, а я останусь», «Школа», вот это все). История про девушку-подростка Ясну (Исидора Симионович), которая пускается во все тяжкие: экспериментирует с сексом, наркотиками и тусовками. Несмотря на то что это в меру шокирующие кино, чьи-то чувства оно, конечно, может оскорбить (особенно в нашей консервативной стране).

«Жизнь Адель»

Экранизация графического романа «Синий — самый теплый цвет» про лесбийскую любовь и не только. В постановке Абдельлатифа Кешиша («Кускус и барабулька», «Мектуб, моя любовь») есть две чрезвычайно откровенные и долгие сцены однополого секса с участием Адель Экзаркопулос и Леа Сейду, после съемок которых вторая призналась, что они дались ей с трудом.

«Любовь»

«Хочу снимать фильмы, состоящие из крови, спермы и слез» — говорит главный герой «Любви», начинающий режиссер Мерфи (Карл Глусман) своей пассии Электре (Аоми Муйок). Это программный тезис принадлежит самому Гаспару Ноэ («Необратимость», «Вход в пустоту»), поставившему чрезвычайно тактильное, эротически заряженное и бесконечно уязвимое кино ровно про эти три вещи — ни больше ни меньше.

«Машина любви»

Выросшее из этой короткометражки лирическое порно Павла Руминова, которое так и подмывает назвать его «домашним видео». «Машина любви» — один из лучших фильмов режиссера, если не лучший. Это очень интимная, трогательная и (что главное) остроумная картина про сексуальные отношения Руминова с его реальной девушкой (Наталья Анисимова), а также про альтер эго режиссера — Джеральда. А еще это (несмотря на несимулированный секс и показанные крупным планом гениталии) — настоящее авторское высказывание. Руминов сводит его к тому, что все режиссеры на самом деле снимают фильмы про свой член, даже если они, как Джордж Лукас, снимают про звездолеты. В общем, чего не занимать «Машине любви», в отличие от массы другого откровенного кино, так это неиссякаемого запаса самоиронии.

«Выходной»

Один из самых вызывающих фильмов 40-го ММКФ, до этого взволновавший зрителей «Сандэнса-2018», — мрачный режиссерский дебют шведки Изабеллы Эклеф про то, как красотка Саша (Виктория Кармен Сонне из «Зимних братьев», которая до этого снялась в не менее хардкорной короткометражке «Melon Rainbow») отдыхает в компании богатого папика и его друзей (членов ОПГ) в Турции, но стоит ей пофлиртовать с яхтсменом-голландцем, как дела принимают серьезный оборот. Саша подвергается сексуальным и психологическим издевательствам со стороны своего спонсора — при этом центральная сцена изнасилования подана, как в «Необратимости»: максимально подробно. Впрочем, оторопь вызывает даже не это, а то, что, согласно режиссерской концепции, ген жестокости (главным носителем которого является криминальный патриархат) оказывается заразным — и вот уже тихая Саша, найдя того, кто слабее его, пускает в ход всю свою агрессию.