Почему нельзя плакать по усопшим?

Почему нельзя плакать по умершему, сильно тосковать и горевать, а, тем более, убиваться расскажет нам начетчик старовер Комиссар Катар. По его авторитетному мнению, лежать, плакать, стонать и тосковать – это отдаться на съедение бесу. В любой, даже самой сложной ситуации. Когда мы не можем унять слёзы по ушедшему в царствие небесное родному человеку – мужу, жене, дочери, сыну… день, другой, неделю, месяц, то мы не по нему плачем. Мы, прежде всего, жалеем самих себя. Нужны не причитания и стоны, а светлая память по умершим и ушедшим в царствие небесное. Пусть светлая память по светлому человеку будем проявлением нашей безграничной любви к покойному. И проявит всю силу нашей печали и гречи от утраты близкого человека.

Начать хочу со слов Исуса Христа, которые как раз свидетельствуют о таинстве смерти в земной жизни:

«Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесёт много плода. Любящий душу свою погубит её; а ненавидящий душу свою в мире сём сохранит её в жизнь вечную. Кто Мне служит, Мне да последует…». (Ин, 12: 23-26)

Мы скорее гипотетически верим в продолжение жизни нашей души после смерти тела. А это неправильно. Именно это обстоятельство, в первую голову, становится причиной безмерной тоски и бесконечных слёз по умершему человеку.

Если бы истинно верили, что сейчас душа нашего близкого и родного человека предстала перед Богом, то слёзы бы высохли сами собой. Во-первых, разве можно бесконечно оплакивать человека, который вернулся в дом родной. Это, в какой-то мере, даже кощунственно. А, во-вторых, наши бы слезы остановил страх за него. Как он там, за что с него сращивает Отец, есть ли ему что ответить? А это и есть светлая память по хорошему, доброму, а для вас замечательному и самому дорогому человеку. Что значит плакать по умершему дальше разъяснит Катар.

Безутешно плачете по умершему родному человеку, а бес уже рядом

Начинает свои размышления книжный человек богумил Катар с пояснения важности умения человека противостоять любым невзгодам в жизни:

«Христос слушает бесов и даже выполняет их просьбу. Как же так? Оказывается все просто. Сатане попущено действовать в мире сем, но таким образом, что Господь использует это всегда в Своих целях. А цели у Бога и у Сатаны разные. Нет у бесов никакой власти над людьми, кроме лжи. Да, бес в состоянии напустить на нас болезни и состряпать нам пакости. Но поймите главное, раз он это делает, значит есть за что в вашем теле зацепиться. Например, чревоугодие или иные проблемы, приводят к болезням. И вот тут разные понимания – бес старается вас убить. Но без попустительства Бога это ему невозможно. Бес нашлет страдание, а Бог превратит их в испытания. Для чего? А что бы человек понял — обжираться вредно и взялся за свой организм, начал бороться с болезнью, искать выход и, наконец, смог с честью выйти из создавшегося положения. Лежать и стонать – это отдаться на съедение бесу. Надо бороться. И бороться во всем».

Не надо безмерно горевать и тосковать по ушедшему в царствие небесное

Дальше Комиссар Катар переходит непосредственно к теме разговора, почему не надо убиваться и сильно плакать по умершему отцу, мужу, брату, ребёнку и других родных людях:

«Вот, например, умер ваш родственник. Люди тоскуют о нем, а бесы радуются. Причина простая – вы думаете о себе, а не о своем родном человеке. А он, между прочим, вполне может оказаться уже в доме Отца нашего или готовиться к новой реинкарнации. Вы же его не отпускаете и всячески мешаете ему, в угоду своему горю. А ведь это не Светлая Память о нем, которая просто грусть расставания. За ней будет еще светлой радости встреча. Это сатанинское наваждение. И так вы можете своего же ребенка привести в состояние заложной души. Души, которая по ряду причин осталась после смерти здесь и не ушла к Отцу.

Вот и мыкается бедняга, пока его родственники голову пеплом посыпают, на радость сатане. Отпустите его, вы же не желаете зла ему. С вашей стороны это не любовь, а страсть. Пусть он идет к Всевышнему, а вы порадуйтесь за нег, вместо оплакивания. Добрые воспоминания да молитва о нем, своими словами к Богу, вот, что ему нужно, а не ваше горе. Повторяю, Светлая Память по умершему, а не боль утраты».

Светлая память – светлому человеку

Дальше православный старовер Катар объясняет насколько важна не печаль об утрате, а светлая память по хорошему, доброму и светлому человеке:

«Люди, потерявшие близких, часто видят их в различных образах. Светлая роща березок на взгорке, например. Там и прячется честная, но заложная душа. Берёзки навевают воспоминание и тоску, не смотря на красоту этого места. Вы просто не понимаете, что этот Люд – ангельские души, как раз именно там. Человек честно прожил свою жизнь и единственным препятствием его вознесения являетесь только вы сами.

Видите темную чащу с кривыми и изможденными деревьями? Вас охватывает страх этого темного и неуютного места. Там тоже заложная душа, совершившая немало зла на земле.

Пусть все идет своим чередом, не мешайте своему родственнику и дайте ему идти его дорогой. Земного пути этого Люда, в той форме, которую знали вы, больше нет. И чем вы скорее поймете это, тем лучше. А сами просто живите и уразумейте, что в мире нет испытаний, которые бы вы не смогли вынести. Бог не сатана, и всегда действует ко благу. Так стоит ли идти против блага? Может просто подчиниться Божьей воле? Откуда вы знаете, чем все это обернется? Кто вам сказал, что в вашей семье снова не реинкарнирует этот ангел? И вы не обретете покой рядом с ним, не понимая, почему вас так тянет к этому человеку?»

Отпустите умершего в царствие небесное и не плачьте, не тоскуйте

«Подумайте хорошо, мои читатели, над тем, что я сейчас сказал. Я не поп и не проповедник, я начётчик староверов и мне приходилось это не раз пояснять людям. Многие, практическое большинство, прозревали и начинали соображать, какую они глупость сделали в своей жизни.

Прекратите думать о себе! Думайте о Царствии Небесном для вашего родного человека. Вы доставляете ему не самые лучшие ощущения. Даже, если он уже занял свое место в 10 чине и трудится во всю. Помогает Отцу Небесному, как его вернувшийся и уже бывший блудный сын.

Кстати, для убиенных на войне есть своя особенность. Они не всегда успевают получить жизненный опыт, а потому берутся в Воинство Христово, где продолжают стоять на страже добра. Там они набирают необходимый духовный опыт. Отдавшие жизнь за други своя, однозначно у Бога на груди».

На мой взгляд, Катар убедительно и доходчиво объяснил, почему нельзя плакать по умершему, тосковать, горевать и убиваться, не зная меры. Конечно, в первые дни после смерти родного человека трудно сдержать слёзы от невесомой боли утраты. Но надо крепиться изо всех сил, и стараться держать себя в руках даже в эти, самые тяжкие, дни.

Иван Иванович А.

Значение слова мама

Люди рабы Бога или его дети?

А чего смерти бояться? Все умрём. Столько хороших людей уже умерло, что и нам не грех в могилу лечь.

Комфорт и безопасность изменили нас. Порог боли и чувствительности современного человека сильно отличает нас от наших даже ближайших предков, и в этом нет ничего плохого, я и сам каждое утро восхищаюсь чудом горячей воды и благодарю Бога за свет и тепло. Но мы другие. Защитив себя и обезопасив жизни свои, кое в чем мы сделались более уязвимыми, а порой и беззащитными. Факт смертности – нашей и наших близких – мы теперь переносим куда тяжелее и болезненней, нежели наши прадеды.

В старину человека с детства приучали к мысли, что ему придётся похоронить родителей. И молодые люди знали, что доведётся не просто переживать утрату родителей, но именно – похоронить и сделать это красиво и правильно. А еще было чудесное слово «досмотреть», и достоинство детей оценивалось по тому, как они утешают своих умирающих близких, как успокаивают их угасающую старость. Подумайте: с детства к этому готовили. Не боялись детей испугать или шокировать. Как готовили? Говорили о смерти спокойно, как о чём-то естественном, не смягчая ее трагичности, не врали себе и детям, не прятались от нее. Старики собирали себе на смерть, готовили рубахи и платки – в чём в гроб положат, не боялись часто причащаться, не пугались писать завещаний и – плакали, конечно же, плакали – как же без этого? Кому же охота помирать? Столько дел! Столько работы! Но плач этот был правильным, он разрешался в особый ритуал, обряд – горе избывалось, обряжаясь в погребальные обычаи и традиции.

И не только к смерти родителей готовили от юности. Муж и жена – скорее всего кто-то пойдёт к Богу раньше, и уже во время венчания люди учились разлуке. Не ведая того, наши предки приучали своих детей к одному из самых изящных духовных упражнений. Покойный Сенека, наставник умирания, советовал своим ученикам: «Нам надо постоянно думать о том, что смертны и мы и любимые нами» (Письма 63,15). Думать – постоянно. Пребывать в памяти смертной. Не давать суете и малодушию спрятать от нас трагичности мира. Но Сенека говорит не просто о памяти смертной вообще, об отстранённом созерцании космического закона. Это созерцание конкретно. Философ призывал к перемене самого фокуса «смертельного созерцания». Верующих часто, иногда – справедливо, укоряют в эгоизме. В созерцании своей финальности действительно есть нечто эгоцентричное. Но в том, что умру я – нет еще большой трагедии. Порой смерти ждёшь, как избавления, отрады. Но – умрут любимые мною люди. Вот это по-настоящему ужасно. Мир полон боли, несчастий, болезней, но быть живым – это так хорошо.

Когда Софокл устами одного из своих персонажей говорит «высший дар – нерождённым быть» (Эдип в Колоне 1225), слушателя и читателя пронизывает космический холод, мурашки бегут по коже, одолевает и парализует благородная метафизическая тоска – до чего эпично, глубоко, красиво! И лишь истрезвившись от этой античной стужи, начинаешь понимать ложь этих слов. Да, ко мне, непомерно эстетствующему эгоисту эта фраза подойдёт, но разве я бы хотел, чтобы никогда на свет не появился мой ясноглазый племянник, или веселые братики, моя мама, мои добрые и терпеливые друзья, разве было бы хорошо, если бы они никогда не родились? Да, мир полон боли, горя, потерь, но эти люди – украшение человечества, вместе с ними даже в этот больной мир вошли и смысл и радость, и сквозь горе мы всё же радуемся, что кто-то славный побыл на этом свете пусть даже совсем чуть-чуть. Но как же больно от мысли, что однажды им всем придётся умереть.

«Человек начинается с плача по умершему». Так говорил покойный Мераб Мамардашвили. Не с плача по себе умершему или умирающему начинается человек, а с принятия и избытия смерти своих любимых. Этому плачу в хороших семьях приобщали с детства – чтобы человек в ребенке проснулся как можно раньше, чтобы через мужественное принятие смертности своей и своих любимых с первых дней своей жизни научиться принимать, благословлять этот мир, и – сопротивляться ему. Все наши близкие и друзья, любимые и хорошие – это люди, которых мы однажды потеряем. А еще – это люди, которые потеряют нас.

Однако «плач по умершему» это не просто красивый образ или стерильное духовное упражнение. У нас есть религия. Она учит нас правильному плачу по умершему, целительному плачу. Когда я только начинал служить священником, меня всегда смущали наши белорусские похороны: «профессиональные» плакальщицы, сложнейшие и разнообразнейшие ритуалы, особый панихидный распев и завывательная манера исполнять песнопения и потребность на грани одержимости «адправить пакойника» (помолиться за покойного) «як след» (как положено). Потом я понял, как же важен этот вой, эти эпические слёзы, «лишние» обряды.

Это – Белоруссия. Здесь было так много горя. В войну белорусы потеряли каждого четвертого, и, может быть, перенести нам все эти беды и помогла способность хоронить, «как положено». Не надо льстить себе: мы всего лишь люди – сколько бы вы не знали языков, какую бы изысканную литературу не читали, горе и боль, слёзы и утраты у нас у всех – человеческие. И эту боль надо уметь выплакать, провыть, прокричать.

Смерть – всегда не вовремя. Смерть застаёт нас врасплох. И нам нужно не только умом, но и самой кожей избыть это горе. Даже распоследние материалисты это, если не понимали, то чувствовали, изобретая гражданские панихиды и пресные минуты молчания. А в церкви – дым кадила, чтение бесконечных поминальных записок, столы с приношениями и запечатанная земля, и как запоют «Со святыми упокой», подхватит вся церковь этот скорбно-торжественный мотив, а потом разрешится в мужественный и трагичный мажор икоса восьмого гласа – «Сам Един еси Бессмертный, сотворивый и создавый человека». Выкричаться нам надо, пропеть, простонать сквозь слёзы и благодарную грусть. И интеллигентнейшая из русских женщин в минуту боли и утраты могла написать:

Буду я, как стрелецкие жёнки,
Под кремлёвскими башнями выть.

Современного человека, и, прежде всего ребенка, подростка со всех сторон ограждают от смерти, от самого факта и упоминания. Но ведь однажды ему предстоит проводить своих родителей в последний путь, и сделать он это должен «как следует». Религия есть некая культурная оформленность предельного человеческого опыта. Она дает не просто некий эмоциональный антидот, противоядие от чрезмерного потрясения, сознания необратимости, но само исполнение ритуала избывает скорбь, потому что кричим мы, плачемся Богу-Человеколюбцу, Утешителю сирот и смертников.

И Он не даёт нам ответов, как и пытливого Иова Он не уговорил, а только утешил – как? – не знаем ни мы, ни Иов. Дети, выросшие в семьях без подлинной религиозной традиции, более уязвимы, они беззащитны перед смертью, их не приучают с детства правильно переживать и осмыслять смерть и близких, и свою собственную. Наши панихиды, родительские субботы, грозные обряды, кутья, записочки и сорокоусты могут показаться ненужным усложнением, недостойным благородной евангельской истины. Но стоит ли от этого отказываться перед лицом всех наших утрат бывших и – непременно – будущих? А потому, смертнички мои, положу я в кадило побольше ладану и затяну длинную и громкую белорусскую панихиду, чтобы и живые, и мёртвые услышали и утешились скорой грядущей встречей.

Смерть застает врасплох близких, родных усопшего. Сложно контролировать эмоции, слезы текут невольно, от души, скорбящий ничего не может сделать. Часто можно услышать, что нельзя плакать по умершему человеку.

Почему нельзя оплакивать усопшего

Популярная версия — нельзя лить слезы по ушедшему из жизни, это может принести вред его душе. Многие считают теорию суеверием, не прислушиваются к ней, оправдываясь физической невозможностью сдержать слезы при горестном событии.

Мнения разные, какого придерживаться – каждый решает для себя.

Слезы – естественная реакция организма на ситуацию. Провожая умершего близкого в последний путь, человек невольно хочет плакать.


Мнение православной церкви

Нельзя плакать по умершему в православии: христианская церковь считает, что душа отправляется на божий суд, где Творец оценит грехи усопшего и определит, в раю или в аду тот будет находиться.

Родственники, нескончаемо оплакивающие умершего, отвлекают его душу, доставляют ей беспокойство, не дают предстать перед Богом, спокойно уйти в другой мир. Тонкая ментальная оболочка задерживается на Земле, мучается, страдает, отображает эмоции скорбящего, словно зеркало.

В православии лучший способ прощания — молитва, которая поможет обрести усопшему покой.

Выражать чрезмерно сильную скорбь, беспрестанно плакать — значит, губить себя грехом уныния, не помогая умершему. В душе постоянно страдающего, рыдающего человека — пустота, он не может молиться.

Слезами можно навредить близкому, ушедшему из жизни. Ради него необходимо взять себя в руки, вложить силы в молитвы.

До 40-го дня умерший нуждается в постоянных молитвах о его душе.

Часто люди, жившие грешно, редко посещавшие храм, не думавшие о Боге, потеряв близкого, приходят в церковь, принимают православие. Скорбя и плача, они обретают веру в Бога.

Русскому народу не свойственно сдерживать слезы, особенно в случае смерти близких. Раньше на Руси нанимали плакальщиц, которые начинали реветь на похоронах, передавая скорбное настроение остальным. Считалось, что прощание с умершим должно сопровождаться горькими рыданиями, страданиями.

Церковь предусматривает дни для оплакивания, когда можно лить слезы по усопшим. Души ушедших обретают спокойствие, чувствуют любовь родных.

В исламе плакать за родственником или другим близким разрешено в любой момент.


С точки зрения психологии

Психология – наука о душе человека. С точки зрения этого учения, плакать, выплескивая эмоциональные переживания через слезы – норма. Нельзя держать в себе реакцию на потрясение, это вызовет последствия. Иногда грустить об умершем полезно.

Плакать в меру – нормально, но если реветь без остановки, можно впасть в тяжелую депрессию, из которой трудно будет найти выход.

Нуждаетесь в совете специалиста? Получите консультацию эксперта онлайн.
Задайте свой вопрос прямо сейчас! Задать бесплатный вопрос Посмотреть все вопросы

Нужно проводить умершего в последнюю дорогу, выплакать всю боль и отпустить его. Если не получается, лучше обратиться к психологу: он поможет пережить потерю, привести мысли в порядок.

Приметы связанные с долгим гореванием в народе

С запретом долго плакать об умершем связано несколько примет:

  1. Долго лить слезы по мужу или жене – выбрать неудачного партнера в работе, не сойтись с ним во мнениях, из-за чего сотрудничество не удастся, будет сложно распределить обязанности.
  2. Плакать по сестре или брату – к несправедливым решениям руководства. Начальство не оценит работу, сотруднику придется доказывать свою ценность.
  3. По умершим матери или отцу – придется разобраться в чувствах к возлюбленному. Если правильно расставить приоритеты, отношения перерастут в большую любовь.
  4. Плакать по дальним родственникам – к разлуке с любимым, от поездки на несколько недель до расставания.
  5. По умершему знакомому – к неприятному общению с недругами, после которого упадет самооценка, понизится роль в социуме.

Приметы по дням недели:

  1. Плакать через день после смерти – звать горе в дом.
  2. В понедельник – вызывать негодование окружающих, критику действий, поступков, что повлияет на интересы.
  3. Оплакивать во вторник – ожидается рождение ребенка, воспитание которого будет сложным.
  4. В среду – потратить деньги зря, купить вещь, которая быстро испортится.
  5. В ночь со среды на четверг – появление проблем в семье. Для преодоления трудностей придется просить помощи у родных.
  6. Плакать в пятницу по умершим – к неприятной встрече со старыми друзьями. Во время общения прояснятся лживые ситуации, общение между людьми, вероятно, навсегда прекратится.
  7. В субботу – к финансовым проблемам. Доход семьи резко упадет, придется привыкать жить скромно.
  8. Плакать в воскресенье – к разочарованию в карьере, осознанию неправильного выбора профессии.

В какие дни православие разрешает слезы по ушедшим

Существуют дни, когда церковь разрешает плакать об умерших.

Поминальные дни:

  • 1-й день после смерти;
  • 9-й день;
  • 40-й день.

Разрешено плакать по усопшим в Родительские дни:

  • вторник на второй неделе Пасхи;
  • суббота перед Великой Троицей;
  • суббота между 1 и 8-м ноября.

Многие эти дни посещают кладбище, собираются у могилы, чтобы поплакать, помянуть умерших.

Православные правила:

  1. Нельзя пить алкоголь на поминальных мероприятиях.
  2. Запрещено ставить стакан со спиртным на могилу.
  3. Нельзя устраивать дебош, ругань.
  4. Недопустимо говорить плохо об умершем.

Алкоголь — зло, черное зелье, его употребление негативно влияет на душу усопшего, несут ей мучения. При желании выпить можно употреблять церковное вино – кагор.

Люди хранят в памяти мысли об ушедших, иногда это проявляется слезами.

С точки зрения психологии и религии, нельзя долго плакать по умершим, это влечет неприятности состоянию здоровья скорбящего и душе усопшего.