Работа в сизо отзывы сотрудников

В воскресенье, 13 мая, в нашей стране отмечали День охранно-конвойной службы МВД России — со дня ее образования прошло уже 74 года. Корреспондент «КП» решила на день стать сотрудником данного ведомства и ощутить все трудности этой профессии на себе.

Немногие из законопослушных граждан знают, кто такие конвойные. Но те, кто, хоть раз преступал закон, прекрасно с ними знакомы. Основными обязанностями сотрудников изолятора временного содержания и охранно-конвойной службы полиции являются охрана и содержание подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Конвойные должны внимательно следить за тем, чтобы подследственные не получили запрещенные предметы и не смогли сбежать из-под стражи.

На «работу» нужно было явиться к 7.30. Чуть позже начиналось построение, на которое ни в коем случае нельзя опаздывать. Чтобы вовремя добраться до места, пришлось встать в половине шестого — почти непосильная задача для конца недели. У меня закрывались глаза и путались мысли, а вот конвойные выглядели вполне бодренько.

— Наши сотрудники приходят на работу в 7 утра, а уходят в 11 — 12 ночи, — между делом сообщил командир отдельного батальона охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых Управления МВД России по городу Ростову-на-Дону.

Я устыдилась и расправила плечи, стараясь не пропустить ни одного слова — на построении зачитывали ориентировки на день. Вернее, сначала проверили внешний вид конвойных (строго отругав парочку за несвежие рубашки), проверили их на знание приемов рукопашного боя и Закона «О полиции» (ребята на память декламировали чуть ли не целые главы), и только потом каждая рота получила назначения по разным судам города.

Меня «подарили» 2-й роте, которой было поручено конвоировать подследственных в Ростовский областной суд, сопровождать их на заседаниях, а потом — обратно в СИЗО.

Мы отправились в здание суда дожидаться автозака, на котором должны были привезти подследственных. Этим, кстати, тоже занимаются сотрудники охранно-конвойной службы.

— Пока везут «жуликов», можем выпить чаю. Потом на это не будет времени, — объяснял Иван Поберезнюк, которому поручили провести со мной инструктаж. — Повезло, что тебя отправили в областной суд — здесь можно разместиться с комфортом. В других зданиях условия для конвойных похуже — там у нас помещения полуподвального типа. Правда, «жулики» тут сложные — в основном привозят тех, кто подозревается в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Всякое бывает.

О «всяком» Ваня рассказал байку. Вернее, служебную историю, но парень с таким воодушевлением описывал произошедшие события, что они больше походили на специализированную сказку.

Фото: Ольга ГОПАЛО

Этот случай произошел на оглашении приговора. Женщина и мужчина, оба в летах, были признаны виновными в торговле наркотиками и получили немаленькие сроки. «Ах, так! Значит, живым вы меня не увидите», — воскликнул подсудимый, достал «мойку» (лезвие из одноразовой бритвы) и начал кромсать себе пузо — неглубоко и неопасно, зато эффектно.

— Как же он пронес лезвие?! Вы же их проверяете! — удивлялась я.

— Ты не представляешь, куда они их себе запихивают. А в, хм, задницу «жуликам» не залезешь. То есть, технически-то это несложно, но нарушаются права человека, знаешь ли.

В общем, мужик себя кромсает, «мойку» надо отбирать. Пришлось открывать «клетку», бороться с ним, заламывать руки. Вот такие ужасы.

Потом привезли подследственных, и времени на чаепитие действительно не осталось. Подследственных заводили по одному, максимум, по двое. Их вещи нужно было проверить на наличие запрещенных предметов, рассадить обвиняемых по камерам. А потом отвести в зал суда и внимательно наблюдать не только за ними, но и за адвокатами и родственниками — нередко бывают случаи, когда подсудимым пытаются передать наркотики и мобильные телефоны.

Все передвижения обвиняемых вне камеры — только в наручниках. Особо опасных сопровождает усиленный конвой. Охранять их от внешней среды и внешнюю среду от них — главная задача конвойных. Я быстро запуталась в хитросплетениях коридоров, по которым нужно вести подсудимых к их залам. Устала, кстати, тоже быстро, держась исключительно на упрямстве. Наблюдая за четкими действиями конвойных, стыдно было ныть и проситься домой. Особенно зная о том, что они работают так изо дня в день.

В пятницу, 31 октября, сотрудники следственных изоляторов и тюрем отмечают свой профессиональный праздник. В Алтайском крае находится четыре следственных изолятора. В них содержат около двух тысяч обвиняемых, подозреваемых и подследственных. Службу здесь несут люди разных профессий: оперативники, врачи, психологи, юристы, повара и другие. Их главная задача — обеспечить надежную изоляцию арестованных на период следствия и суда. Бесспорно, работа в системе ФСИН сложная и ответственная. Поэтому люди, которые трудятся в СИЗО и тюрьмах, должны обладать твердостью характера и высокой стрессоустойчивость.

Накануне праздника корреспондент «Комсомолки» побывала в СИЗО №3 Барнаула и узнала о тонкостях работы сотрудников следственных изоляторов.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Встретил нас заместитель начальника учреждения Евгений Алыпов. Он курирует оперативную работу и режим учреждения. Евгений Юрьевич сразу ввел нас в курс дела:

— Следственный изолятор №3 начал работу в 1992 году. Изначально он предназначался для несовершеннолетних заключенных. Затем, учреждение переквалифицировалось. И теперь здесь содержаться люди, ранее не отбывавшие наказания.

Ведь порой, следствия могут длиться годами. Уже отсюда люди выходят с условным сроком или направляются в колонии.

— Они – люди, спецконтингент. У нас не должно быть к ним симпатии или антипатии. Наша задача: соблюдать их права и обеспечивать ход судебного процесса, — объясняет Евгений Алыпов. – Для нас они все равны: убийца он или мошенник.

Однако, по словам замначальника, содержат здесь, в основном, наркоманов. Большинство из них – молодые парни, однажды сбившиеся с пути.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Дежурная часть — центр СИЗО. Дежурный помощник начальника следственного изолятора, капитан Константин Чечеткин только и успевает отвечать на телефонные звонки, следить за камерами наружного наблюдения и делать записи в журналы.

— В течение дня организовываю работу дежурной смены. Под моим четким руководством происходит все движения внутри СИЗО: от подъема до отбоя, — поясняет Константин Сергеевич.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Небольшая хорошо освященная комната: стул, стол, телефон и несколько мониторов – ничего лишнего. Это пост видеоконтроля.

Сегодня все камеры и помещения следственного изолятора оснащены системами видеонаблюдения. Видеокамеры установлены так, чтобы был полный обзор комнат. В режиме онлайн оператор наблюдает за заключенными. Кроме того, камеры оборудованы системами связи. То есть, на двери есть что-то типа домофона: заключенный кнопку нажал – оператор ответил.

— Одни жалуются на недомогание, другие – хотят дать чистосердечное признание, — рассказывает младший инспектор-оператор поста видеоконтроля Светлана ! . – Как правило, никто не балуется!

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

По словам дежурного инспектор медицинской части №22 МСЧ 10 Сергея Иванова, болеют заключенные нечасто, так как санитарные условия здесь хорошие (в июне в СИЗО закончился капитальный ремонт. – Прим. ред.). В камерах есть все бытовые удобства: горячая и холодная вода, вентиляционные системы, а также ежедневные прогулки, отдельные санузлы и прочее.

— Мы проводим амбулаторный прием, осматриваем вновь прибывший заключенных, в случае необходимости оказываем медицинскую помощь, — объясняет Сергей Петрович. — Также в СИЗО регулярно проводятся медосмотры и врачебные обходы.

Стеклянные шкафы забиты всевозможными таблетками и медицинскими картами больных. Часть кабинета с кушеткой отделена решетками.

— Сюда заводят больного, размещают на кушетку, закрывают за ним дверь – и вот заключенный опять за решеткой. В небольшую форточку он просовывает руку, так ему можно измерить давление, поставить прививку, взять анализ, — поясняет врач.

В общем, все для того, чтобы исключить прямой контакт с заключенным. Между тем, весь процесс медобследования контролирует младший инспектор.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Это по телевизору показывают темные и страшные следственные изоляторы. В СИЗО №3 все по-другому. По чистым и светлым коридорам расхаживают вполне симпатичные мужчины в камуфляже – младший инспекторский состав. Они сопровождают заключенных на беседу со следователем, к врачу, в комнату для свиданий и другие места – согласно внутреннему распорядку.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Прежде чем открыть камеру (в рамках безопасности. – Прим. ред.) обязательно смотрят в окошечко на двери – проверяют расположение заключенных.

Фото: Марина КОЧНЕВА

Все камеры соответствуют международным стандартам. Это достаточно просторные помещения с деревянным полом и белыми стенами. На каждого заключенного здесь приходится по 4 кв метра, то есть, есть, где разгуляться и спокойно подумать о содеянном! Также в камерах есть санузлы с антивандальными унитазами, стол, лавка, шкафчик, телевизор. Необходимую информацию, а также свои права, обязанности и правила внутреннего распорядка, заключенные могут прочитать на стенде или прослушать по радио.

— В камеры расселяем по принципу тяжести содеянного, то есть, преступления против личности – в одни, против имущества – в другие. Так же учитываем психологическую совместимость людей, — подчеркивает Евгений Алыпов.

Казалось бы, чем ни санаторий! Но идиллию чистоты и свежести нарушают решетки. Они есть даже в кабинете психолога, куда заключенные приходят излить душу.

— У меня два основных направления работы: со спецконтингентом и с сотрудниками следственного изолятора, — рассказывает старший психолог психологической лаборатории следственного изолятора Наталья Жилина. – Первоначально я работаю с человеком при его прибытии в СИЗО. А потом уже по надобности, в процессе адаптации. Ведь как бы человек не готовился, пребывания в местах лишения свободы – всегда стресс. Некоторые просто не умеют соблюдать режим, а здесь с этим строго! Есть люди, которые хотят наладить связь с родными. А иногда приходят, чтобы просто поговорить.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Несмотря на решетки, обстановка здесь располагает к доверительным беседам: мягкий палас, уютные кресла, распускающиеся цветы на мониторе, приятная музыка… Однако психологу здесь приходится не так уж сладко, ведь к нему люди идут с проблемами.

— Есть такое понятие в психологии – эмпатия. То есть, человеку сопереживаешь, а жалеть его, смысла нет. Потому что люди здесь довольно взрослые, и большинство из них совершали преступления осознанно, — рассуждает Наталья Геннадьевна. – Поэтому их проблемы я просто не пропускаю через себя. Тем более, не несу домой. Как говорят, работу оставляю на работе!

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Есть здесь отряд осужденных по хозяйственному обслуживанию СИЗО. Они живут отдельно от тех, что находится под следствием. Они занимаются уборкой помещений, разносят пищу, чистят снег – выполняют функцию завхозов.

Также по всему учреждению установлены тревожные кнопки. Конечно, пробиться заключенному через десятки дверей, замков и решеток нереально (да и случаев таких не было. – Прим. ред.), но мало ли! Также у всех сотрудников изолятора на груди есть видеорегистраторы, которые фиксируют происходящее с ними в течение дежурства.

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Безусловно, работники СИЗО заслуживают благодарности и понимания, ведь их будни «за решеткой» отличаются от рабочих дней многих.

— Работа у нас любимая. Я уже полжизни ей отдал, — признается Евгений Юрьевич. – Приятно видеть результат воспитательной работы. Когда к нам человек приходит с улицы: необразованный, агрессивно настроенный к людям в погонах. А выходит воспитанный. Бывает, даже на улице к нам подходят, здороваются…

Фото: Анна КОЛЬЧЕНКО

Мы рассказали лишь о тех сотрудниках, которые тесно контактируют с заключенными. Есть еще и другие службы – кинологи, бухгалтерия, отдел кадров и другие. Большой текучки кадров здесь нет. Но попасть на службу в СИЗО — сложно. Для этого нужно иметь 100% здоровье, хорошую физическую форму и особую психологию.

Группа компаний «ИВС» — один из крупнейших в России региональных системных интеграторов в области информационных технологий. Группа компаний была основана в 1990 году.

ГК ИВС помогает предприятиям и государственным структурам находить решения их задач с использованием информационных технологий. Созданные нами решения работают в разных регионах России: от Краснодарского края до Дальнего Востока.

Мы реализуем комплексные проекты, в которых сочетается грамотно подобранное аппаратное обеспечение, оптимально выстроенная сетевая инфраструктура и качественные программные решения.

Одним из ведущих направлений деятельности ГК ИВС является разработка программного обеспечения. Сегодня разработкой ПО в компании занимается более 140 человек. Присоединившись к нашей команде, вы сможете поучаствовать в создании масштабных комплексных проектов, высоконагруженных веб-решений, мобильных приложений, геоинформационных, аналитических систем, в создании технологической платформы для разработки ПО и решении других интересных задач.

Приглашаем в свою команду талантливых людей, планирующих развитие в сфере информационных технологий. Мы готовы сотрудничать как с профессионалами, так и с теми, кто только начинает свой путь в ИТ.

Работа в ИВС — это:

  • интересные задачи и участие в крупных проектах
  • комфортные условия для профессионального и карьерного роста
  • обучение и постоянное повышение квалификации
  • возможность широкого выбора вектора профессионального развития
  • гибкий график работы
  • молодой, веселый и дружный коллектив