Случайно показала трусики

soft_tr200_biz

Вскоре в кабинет вошли три мои одноклассницы со смущёнными лицами. Ещё две девочки пришли в класс через минуту, а за ними вошла покрасневшая Дженни, держа спортивную куртку перед собой так, чтобы та закрывала живот и верхнюю часть бёдер. Она быстро подошла к своему месту и села рядом со мной. Дженни замешкалась, когда хотела повесить куртку на спинку стула, и после паузы прошептала мне: «Обещай, что не будешь смеяться, пожалуйста…» «Я обещаю, но из-за чего я должен был смеяться?»- спросил я, после чего Дженни посмотрела вниз и медленно убрала куртку, показав мне тёмное влажное пятнышко на штанах между ног. На мгновение я был загипнотизирован этим видом и мыслями о красивой девочке, которая на секунду не выдержала и пустила струйку в штаны. Тогда я взял у Дженни куртку и сам повесил её на спинку стула, заметив, что сзади на её штанах тоже было пятнышко около 2 сантиметров в диаметре. Я понял, что моя соседка по парте так и не пописила, а всего лишь на секунду не вытерпела и не удержала всего одну маленькую струйку.

«Ты в порядке?»- спросил я сочувственно, на что Дженни взволнованно кивнула и смущённо прошептала: «Туалеты в этой школе всегда заняты, а учительница вошла как раз когда я начала писить, поэтому мне почти сразу пришлось остановиться». «Ты имеешь ввиду, что всё ещё хочешь пописить?»- недоверчиво спросил я, на что Дженни кивнула и, покраснев, прошептала: «Да, очень, но я думаю, что сумею вытерпеть до конца урока, мне не привыкать ждать по утрам, когда освободится туалет, ведь у меня четыре сестры». В этот момент учительница пришла с последней отсутствующей девочкой и решила приступить к опросу домашнего задания (нам задали перевести с иностранного небольшой рассказ). Как назло, Дженни давно не отвечала, поэтому учительница спросила именно её. Моя соседка начала переводить рассказ вслух и, казалось, её не очень беспокоила проблема туалета, хотя, как я мог видеть, низ её живота немного раздулся, как будто она плотно пообедала. Примерно через пятнадцать минут Дженни закончила переводить первую страницу, и было заметно, что она начинает волноваться.

Девочка иногда слегка наклонялась вперёд и притопывала правой ногой, что, конечно, было следствием увеличивающегося давления в её мочевом пузыре. Через минуту или две я осторожно повернул голову, и, посмотрев на Дженни, увидел, что она сдвинулась вперёд, на край стула, а пятно в её промежности почти высохло. Если бы ей удалось вытерпеть до конца урока, никто бы и не заметил, что эта девочка немножко намочила штаны. Я действительно надеялся, что Дженни вытерпит, поскольку мне было неприятно даже подумать от том, что над ней смеялся бы весь класс. Вскоре учительница остановила Дженни, вздохнувшую с облегчением, и попросила продолжить другого ученика. Через десять минут моя соседка сидела довольно напряжённо, и я заметил, что она постоянно двигает ногами. Вскоре Дженни начала время от времени задерживать дыхание на несколько секунд, но больше всего меня удивило то, что за последние пятнадцать минут низ её живота раздулся ещё сильнее, и теперь казалось, что у неё там большой апельсин. Ещё через пять минут девочка закусила нижнюю губу и начала время от времени наклоняться вперёд, слегка отрываясь от сиденья стула.

Она явно уже очень сильно хотела в туалет, и я сомневался, что ей удастся вытерпеть до звонка. В течение следующей минуты, как я понял, она тоже начала сомневаться, после чего подняла левую руку и спросила учительницу: «Пожалуйста, можно мне сходить в туалет?» «Нет, ты должна будешь ждать до конца урока»,- ответила учительница. «Ох, пожалуйста, мне очень нужно»,- попросила Дженни, но учительница снова ей отказала. Через несколько минут девочка опять подняла руку и умоляюще спросила: «Пожалуйста, разрешите мне выйти ради исключения, я не могу терпеть дольше», на что получила раздражённый ответ: «Ты должна будешь терпеть до конца урока, как это делают все остальные, я не могу делать исключение для кого-то одного!» Я видел, что Дженни ужасно стыдно, но она всё же сказала: «Я не могу, не могу терпеть! Я просто лопну до конца урока!», но и это не разжалобило учительницу, которая ответила: «Тогда можешь сделать это прямо в штаны, я уже сказала. что никто не выйдет из класса во время урока!» «О-ох, я так сильно хочу в туалет…»,- тихо простонала Дженни, наклоняясь и чуть-чуть оторвавшись от сиденья, как будто пытаясь подтвердить это, после чего я спросил: «Как ты думаешь, тебе удастся вытерпеть до конца урока?»

Дженни взволнованно посмотрела на меня и прошептала: «Не знаю. Я думала, что смогу, поскольку мне всё же удалось чуть-чуть пописить, пока учительница не вошла в туалет; но теперь я не знаю, сколько ещё смогу вытерпеть». «Ты просто должна вытерпеть»,- сказал я серьёзно,- «или все будут над тобой смеяться». Я видел, что Дженни действительно с трудом сдерживалась, поскольку она прошептала, слегка постанывая: «Влажное пятно у меня между ног высохло, но я правда не знаю, не повится ли оно там снова до звонка». Я посмотрел на часы и ответил: «Осталось всего четырнадцать минут, ты должна дотерпеть». Неожиданно, в уголках глаз Дженни выступили слёзы и она, чуть не плача, сказала: «О нет, ещё почти четверть часа! Я не смогу столько вытерпеть». Учительница не смотрела в нашу строну, поэтому я посоветовал девочке думать о чём-нибудь другом, чтобы отвлечься. «Я попробую, но это не так просто, потому что мой мочевой пузырь уже начинает побаливать». «Ты должна вытерпеть до конца урока, приложи все усилия»,- я сказал искренне, на что Дженни кивнула, но на её лице теперь не было уверенности.

Она пыталась сконцентрировать всё своё внимание и все свои силы на маленькой мышце, которая закрывает уретру, от напряжения Дженни так сильно сжала кулаки, что у неё даже побелели суставы пальцев. Она быстро сдвигала и раздвигала бёдра, и я видел, что низ её живота раздулся ещё сильнее, теперь казалось, что в её мочевом пузыре уже должно быть больше литра мочи (это казалось невероятным для семикласницы!). Чтобы уменьшить ужасное давление и боль в мочевом пузыре, Дженни даже расстегнула пуговицу на брюках, оставив закрытой только молнию. Следующие четыре минуты я сидел, слегка наклонив голову и наблюдая за Дженни. После того, как она расстегнула пуговицу на брюках, казалось. что её мочевой пузырь воспользовался отсутствием пояса, который сжимал его, и начал раздуваться ещё сильнее. Набухая всё сильнее, и становясь всё твёрже, мочевой пузырь Дженни даже немного расстегнул молнию на её брюках, сдвинув собачку вниз, и теперь я мог видеть покрасневший, набухший и немного влажный от пота низ её живота над резинкой белых и очень тонких трусиков.

Девочка ужасно хотела в туалет, поскольку она уже не могла сидеть неподвижно, тяжело дышала, а на её лбу выступили мелкие капельки пота. Внезапно, Дженни всхлипнула и согнулась почти пополам, поскольку на её штанах между ног появилась тёмное влажное пятно. Когда девочка согнулась, из её промежности, прямо через брюки, выплеснулась маленькая, но сильная струйка мочи, слегка обрызгав пол перед стулом. Дженни немедленно оторвала ноги от пола и изо всех сил сжала их, после чего просунула между бёдрами одну руку. Молния на её брюках уже полностью расстегнулась, и я видел спереди её тонкие белые трусики, которые стали почти прозрачными от влаги. Несмотря на все усилия девочки, моча всё же просачивалась из её промежности и брюки Дженни намокли уже почти до колен. Девочка несколько раз тяжело вздохнула, поскольку на сиденье стула под ней уже была лужа мочи, которая начала капать на пол. Почти все в классе уже смеялись над ней, услышав капание мочи на пол, после чего учительница встала и подошла к Дженни.

Девочка начала рыдать, а учительница сказала: «Дженни, немедленно застегни молнию на брюках, я не потерплю непристойного поведения у меня в классе. Я надеюсь, что этот случай послужит тебе уроком и в дальнейшем ты будешь ходить в туалет вовремя». Дженни, продолжая хныкать застегнула брюки и сказала: «Простите, но я правда не могла терпеть дольше, я пыталась изо всех сил…» Учительница немного смягчилась и пошла обратно к своему столу, но Дженни так и продолжала сидеть в луже собственной мочи, скопившейся в углублении сиденья стула. Она зачем-то снова расстегнула пуговицу на брюках, но оставила закрытой молнию. До звонка оставалось восемь минут, и я искренне сочувствовал Дженни, что она не сумела дотерпеть всего чуть-чуть. Учительница продолжала вести урок как ни в чём не бывало, а я продолжал краем глаза подсматривать за Дженни. Когда оставалось пять минут до звонка, я заметил, что она снова начала сжимать ноги и понял, что она не полностью опорожнила свой мочевой пузырь, поскольку я видел, что её низ живота снова выпирает над молнией.

Это поразило меня, поскольку минимум поллитра мочи впиталось в её штаны и ещё столько же вытекло на пол. Из её мочевого пузыря пару минут назад вылился литр, и Дженни всё ещё сильно хотела писить! «Ты всё ещё хочешь в туалет?»- недоверчиво спросил я. Девочка покраснела, слегка кивнула и смущённо прошептала: «Я не была в туалете с самого утра.

Я привыкла терпеть подолгу, но сегодня за завтраком я выпила два стакана апельсинового сока и большую чашку кофе, а на позапрошлой перемене я прибавила к этому поллитровую бутылку газировки, которая, видимо, сейчас и переходит в мой мочевой пузырь». Я поразился этому и удивлённо сказал: «У тебя невероятно сильный мочевой пузырь! Если бы я выпил столько жидкости, я бы уже давно описился». «Видишь, я ведь тоже описилась»,- расстроенно сказала Дженни. Мы продолжали сидеть, и я заметил, что за несколько минут до звонка она снова начала ёрзать на стуле и постанывать. Когда урок закончился, несколько девочек, встав, сразу же обмотали вокруг пояса куртки, и, как я понял, они тоже немного не выдержали.

Брюки Дженни были мокрые почти до колен, поэтому она спереди держала в руках свою куртку, а сзади шёл я, чтобы никто не заметил её мокрых брюк. Мы пошли к женскому туалету, но там была большая очередь. Дженни шла мелкими шагами и второй рукой сжимала себя между ног под курткой. Она взволнованно посмотрела на очередь, и почти сразу же не удержала ещё одну маленькую струйку. Я быстро схватил её за руку и повёл к кустам позади школы. По дороге она не удержала ещё несколько струек и постоянно постанывала. Наконец, мы зашли за кустики, и Дженни, еле успев стащить брюки до колен, выпустила сильную струю. Но через секунду ей удалось остановиться, и девочка, переступая с ноги на ногу, как будто она стояла на раскалённых углях, одним движение стащила вниз трусики, после чего со стоном присела на корточки и выпустила настоящий поток, который с шипением пенился на асфальте. В этот момент я ради приличия повернулся к ней боком, но всё ещё продолжал подглядывать. Когда Дженни закончила писить, она встала, и я увидел, что на асфальте была лужа около трёх метров в диаметре.

После этого я дал ей свою куртку, чтобы она могла прикрыть ей мокрые штаны и дойти до дома. В ответ на это Дженни поцеловала меня и прошептала: «Спасибо, если бы не ты, я бы описилась в коридоре школы, так и не добежав до этих кустиков…


Изобрази отвращение и покажи трусики мультсериал все серии подряд смотреть онлайн бесплатно

В центре событий находятся шесть самых разных девушек. Все они симпатичны и очень милы, но каждая из них отличается своим характером.

Читосэ Ито – миловидная горничная, которая уже довольно давно работает в одном большом особняке. Юина – начинающая айдол, для которой музыка и популярность – неотъемлемая часть жизни. Мария Такаяма – добрая и целомудренная монахиня. Иори Изумо – жрица древнего храма. Мисузу Танахаши – молоденькая медсестра. И, наконец, Айри Сэга – обычная скромная старшеклассница, обременённая типичными школьными проблемами.

Но однажды каждой из этих девушек делают одно очень странное, непристойное и даже в некоторой степени извращённое предложение: изобразить на лице отвращение и продемонстрировать своё нижнее бельё. Девушки реагируют на это по-разному: кто-то возмущается и оскорбляется, кто-то – не понимает, зачем это нужно, а кто-то – наоборот, соглашается довольно быстро.

Причём на то, согласятся девушки или нет, никак не влияет их профессия и социальный статус: девушка, которая кажется застенчивой и скромной, может выполнить просьбу быстрее той, кто поначалу выглядит настоящей развратницей. Так или иначе, человеку, который и обращается к девушкам с такой просьбой, очень интересно наблюдать за их реакцией.

Я сижу на стуле, напротив моя сестра Аня. Она сидит со своим очередным бой-френдом. Мне нет дела до окружающего мира, я откровенно пялюсь на ее сексуальные ножки. Они меня совсем не замечают и мило разговаривают.
Этот момент я вспоминаю до сих пор. Тогда мне было тринадцать лет, и с этого времени я влюбился в две длинные стройные ноги моей старшей сестры. Желание прикоснуться к ним было очень велико. Нет, я не хотел секса с сестрой, понимая, что это не правильно. Но желание поласкать и поцеловать эти ножки сохранилось до сегодняшнего дня, и я ни чего не мог с собой поделать.
Аня — моя старшая сестра, высокая блондинка, стройные ножки, идеальная фигура и очень красивое лицо. Она никогда не стеснялась меня, и могла спокойно ходить по дому в нижнем белье. Вообще ее стиль одежды всегда привлекал взгляд мужчин. Короткие юбки, платья, леггинсы, обтягивающие джинсы и прочие сексуальные вещи. Я всегда видел ее красоту, ее просто невозможно было не заметить. Но я хотел всего лишь поласкать ее ножки.
Пять лет назад она уехала в другой город учиться, очень далеко от семьи и приезжала несколько раз в год. Мне тогда было четырнадцать лет, Ане восемнадцать. С тринадцати лет я стал фотографировать ее ноги. Аккуратно, в любой позе, из любого ракурса. Тогда я специально для этого попросил у родителей фотоаппарат. И вот когда мне его подарили, я стал постоянно, незаметно для сестры фотографировать ее ноги. Все фотографии я скидывал на компьютер, и к восемнадцати годам у меня скопилась довольно таки большая коллекция. Почти каждый день я просматривал свою коллекцию и мечтал о нескольких прикосновениях. Но все это оставалось лишь в мечтах.
И вот мне исполнилось восемнадцать лет. Я окончил школу и поступил в университет в том же городе, что и сестра. У сестренки были каникулы, и она должна была приехать домой. Я очень соскучился по ней и с нетерпением ждал. Наконец-то настал день, когда она приезжала, я отправился на вокзал встречать ее. Немного опоздав, я спешил на платформу. Издалека я увидел блондинку в короткой джинсовой юбке. Это точно была моя сестра. Я подбежал и обнял ее. Она обхватила меня за шею и прижалась ко мне.
— Я так сильно соскучилась, — сказала Аня.
— Я тоже, — радовался я, — Поехали домой, родители уже заждались, наверное.
Через полчаса мы приехали в наш загородный дом. Родители тоже радовались приезду Ани. Мы сели за стол и разговаривали до полуночи. Когда родители легли спать, мы с Аней пошли в ее комнату и болтали почти до самого утра.
Я проснулся, когда сестренка еще спала, и уехал в город по делам. Вернулся после обеда, Аня лежала на гамаке в саду и читала.
— Привет, — крикнула она мне издалека. — Голодный?
— Ага, — кивнул я.
— Иди в дом, — вставая, сказала Аня. — Я сейчас тебя покормлю.
Я вошел в дом, положил сумку на стол в комнате и пошел мыть руки. Послышались быстрые шаги сестренки. Я тщательно вытер руки, и пошел вслед за Аней, на кухню. Она стояла ко мне спиной. Мое внимание сразу же было приковано к ее ножкам. Также мне очень понравилась короткая летняя юбочка. Возникло желание посмотреть что под ней. Мне стало даже немного не по себе от этой мысли. Я сел за стол и стал наблюдать за легкими движениями сестры.
— Нравятся мои ноги? — неожиданно спросила она.
— Ты о чем? — спросил я, делая удивленный вид, — Ты же моя сестра, как ты можешь такое говорить.
— А что же ты тогда на них так уставился? — грозно спросила сестра.
Я был поставлен в неудобное положение и покраснел.
— Тебе показалось, — очень неуверенно и фальшиво сказал я.
Аня повернулась и смотрела на меня, прожигая насквозь.
— А зачем же ты тогда столько фотографий? — спросила она.
Это меня окончательно добило. Я уткнулся в пол глазами и понял, что забыл скрыть папку с моей коллекцией. Аня залезла в компьютер, и наткнулась на нее. Оправдываться не было смысла, я пытался собраться с силами и сказать правду, хотя все уже было и так понятно.
— Да, — выдавил я из себя, — мне безумно нравятся твои ноги.
Стало немного легче. Я поднял глаза и посмотрел на сестру. Аня удивленно смотрела на меня.
— Я в шоке, — сказала она. — Может быть, ты еще и трахнуть меня хочешь?
— Никогда не думал об этом, — робко сказал я, — просто нравятся твои ноги.
— И давно это происходит? — спросила сестра.
— Лет с тринадцати, — ответил я.
— Но как ты мог?! — громко говорила сестра, — Я же твоя родная сестра.
— Аня, — почти закричал я, — вспомни, как ты одевалась и одеваешься сейчас. Ты сама прекрасно знаешь, что у тебя красивая попа, большая грудь, идеальная фигура и длинные стройные ноги. Ты никогда не стеснялась меня, постоянно ходила мимо меня в нижнем белье. Неужели ты не думала, что твой брат, как и все подростки, желает познать женское тело?
Я успокоился и стал овладевать ситуацией.
— Прости, — успокоившись, сказала сестра. — Я об этом никогда даже не задумывалась. И чего же ты теперь хочешь?
— Погладить, поласкать, поцеловать твои ножки, — ответил я.
Послышался звук подъезжающей машины. Родители вернулись с работы.
— Забудь об этом, — сказала сестра и вышла встречать родителей.
Оставшуюся часть дня я пытался не встречаться с сестрой. Она целый день провела в саду. Лишь только под вечер она вернулась в дом, собраться в город на очередную вечеринку. Я тем временем пошел в сад и задремал лежа в гамаке.
— Подбросишь меня до города, — послышался голос сестры.
Я вскочил и посмотрел на нее. Она снова в коротком обтягивающем платье, и еще говорит перестать думать о ее ногах.
— Конечно, — не задумываясь, ответил я.
Я переоделся, и мы поехали в город. Всю дорогу мы молчали. Сестра вышла из машины, но неожиданно открыла дверь и села обратно.
— Знаешь, я тут подумала, — говорила сестра, — если уж тебе так нравятся мои ноги, ты можешь их пофоткать.
Она вышла из машины и через несколько минут скрылась за углом. Я отправился домой и завалился спать.
Проснулся я довольно таки поздно, Аня уже была дома и сидела у себя в комнате с моим ноутбуком. Я поднялся с кровати и пошел к ней.
— Извини, я опять твой ноут взяла, — сказала сестра, увидев меня.
— Да ни чего, — сказал я. — Опять на свои ноги смотришь?
— Угадал, — улыбалась Аня, — и как ты умудрился собрать такую коллекцию. Гонял когда-нибудь на фотографии?
— Анют, ну что ты глупости какие-то спрашиваешь, — недовольно сказал я.
— Значит, гонял, — сказала себе под нос сестра.
Мне всегда нравилась и одновременно поражала ее прямота.
— Ну что, сделаешь несколько фотографий? — спросила сестра.
— Когда?
— Прямо сейчас, — сказала Аня и вытянула передо мною свои длинные ноги.
Я быстро сбегал за цифровиком и сделал несколько снимков. Потом еще несколько в другой позе. Так мы провели несколько часов, сестра несколько раз переодевалась, и я фотографировал ее в разных позах и с разных ракурсов. Потом мы разошлись по своим комнатам.
Прошло уже две недели, как моя сестра была дома. Каникулы подходили к концу и нам обоим, в скором времени надо было уезжать. Как вдруг произошел неожиданный случай. Я спокойно валялся у бассейна, когда ко мне подошла моя сестра.
— Мне надо с тобой поговорить, — сказала она.
— Да, и о чем же?
— Мне всегда нравилось, когда ласкают мои ножки, — наконец сказала сестра. — Это можно сказать мой фетиш.
По всему ее виду было видно, что эти слова даются ей очень нелегко.
— И я бы была не против, если бы ты прикоснулся к моим ногам, — продолжала сестра, — завтра, когда уедут родители, ты можешь делать с ними все что захочешь. У меня было очень мало партнеров, которым нравилось играть с моими ногами.
Я был поражен словами Ани. Но в то же время очень рад, сбывалась моя мечта. Весь день, вечер и полночи я думал о том, что я буду целовать и прикасаться к ногам своей родной сестры.
Проснулся я рано, дождался, когда уедут родители и пошел в комнату сестры. Она тоже не спала.
— Выйди на минуту, — сказала сестра из-под одеяла, — я переоденусь.
Я пошел на кухню и попил воды, где то через пять минут я вернулся к сестре. Она лежала на кровати с вытянутыми ногами. Ее бедра были обвязаны полотенцем, нижний край которого был посередине бедер.
— Выше нельзя, — сказала Аня.
Я подошел к ней и сел на колени рядом с кроватью. Меня трясло от возбуждения. Я провел пальцем от ступни до запретной черты. Потом схватился полной ладонью и проделал то же самое в обратном направлении. Сестра закрыла глаза и молча, лежала. Этой же рукой я провел по второй ноге. Через минуту после этого сделал первое прикосновение губами к бедру.
Аня немного дернулась и прикусила губу. Я начал целовать ее длинные ножки. Гладить руками и покрывать поцелуями. То, сжимая, то просто нежно поглаживая, я раз за разом я целовал ноги сестры. И так увлекся этим, что не сразу заметил, что сестра засунула руку под верхнюю часть полотенца, было понятно, что она мастурбирует. Я не решился залезть выше дозволенного, и наслаждался тем, что было дано, и этого было достаточно. Я достал свой раскаленный член, одной рукой я ласкал ножки сестры, второй стал потихоньку подрачивать. Глаза Ани были закрыты, поэтому она не могла видеть, что я делаю. Все закончилось через десять минут, я испустился на пол и остановился. Сестра достала руку из трусов и открыла глаза.
— Ты доволен? — спросила она.
Я, молча, кивнул головой.
— Мне тоже было хорошо, — сказала она. — Выходи, я переоденусь.
Я пошел на кухню и стал ждать сестру. Через несколько минут она зашла в ванну и быстро вышла на улицу. Я тут же побежал проверить корзину с грязным бельем. Прямо сверху лежали ее белоснежные трусики. Я взял их в руку и почувствовал влагу в районе кисоньки. Она кончила, я очень возбудился от этого и в первый раз подумал о том, что бы залезть к