В школе работать невозможно

Молодые школьные учителя «горят» желанием учить детей, но сталкиваются со множеством проблем. Мы поговорили с пятью педагогами не старше 25 лет о призвании, о внутреннем мире современной школы, взаимоотношениях с руководством и старшими коллегами и о том, почему молодые учителя все чаще задумываются об уходе из школы или уже перешли на другую работу. Собеседники предпочли скрыть свои фамилии.

Дарья, 22 года. Второй год работает учителем истории и обществознания

Мне хотелось работать учителем, когда я ещё сама училась в школе. Два года назад я окончила бакалавриат и очень долго не могла найти работу. Плакала от обиды. А потом всё само собой случайно сложилось: меня позвали работать в школу, причём в ту же, где я когда-то училась сама.

Я люблю работать с детьми, это намного интереснее, чем со взрослыми. Судя по анонимным анкетам, дети меня любят, да и лично об этом говорят. Правда, очень сложно заставить их слушать и слышать. Для этого, образно говоря, надо танцевать ламбаду в бразильском карнавальном костюме. Конечно, я могу и прикрикнуть на них, но всегда стараюсь объяснить, за что.

На самом деле, отношения «учитель — ученик» у всех довольно разные. Я часто сталкиваюсь с ситуацией, когда ученик и педагог просто не хотят услышать друг друга. Многие дети не воспринимают учителей как людей. По их мнению, мы здесь просто работаем, да и всё. Дети не видят нас нигде, кроме как в школе. Им кажется, что наши увлечения заканчиваются рамками преподаваемого предмета.

Профессия учителя — это и работа и призвание сразу, но больше всё-таки последнее. Как профессия она не стоит таких маленьких денег. Ощущение от работы можно описать фразой «взрыв мозга». Работать очень сложно, просто адски сложно. Учитель — это пони.

С родителями приходится непросто. Каждый третий — неадекватный.

Все знают про свои права, но мало кто помнит про обязанности. Их дети всегда самые лучшие. Зачастую, воспитывать надо самих родителей. Например, был один случай, когда в субботу вечером мне позвонил отец мальчика, которого днем поймали в компании курильщиков и начал «наезжать». Разговор дошёл до того, что он объявил мне: «Когда у тебя будут свои дети, тогда, может быть, я и буду с тобой разговаривать». Слава Богу, большинство родителей в моём классе понимают, что их дети — не подарки, и идут на контакт.

Многие родители относятся к работе учителя очень неуважительно, считают нас едва ли не «отбросами общества». Воспринимают как тупую безвольную массу людей: то иди мой стены, то подметай улицу, то попляши на сцене. И при всём этом, чтобы буквально «выбить» хорошую зарплату, приходится умирать на работе и закапываться в горе бумажек. Бумажной волокиты как было много, так становится ещё больше, только теперь добавился электронный дневник и разные карточки на питание. Многие бумаги я просто не сдаю. Но этого никто не замечает, потому что эти бумажки никому не нужны!

Я продолжаю работать в школе, потому что это официально, есть какая-то гарантия трудовых прав, отчисления, нормированный график. Но, если честно, всё чаще думаю уходить. Возможно, мне не повезло со школой, тут очень плохая администрация. Это одинокие женщины с проблемами в личной жизни. И всё своё недовольство, личную нереализованность они вымещают на учителях. У нас лицемерный директор: в лицо она говорит, какие мы хорошие, а на деле ей на всех плевать. Она очень редко входит в личное положение. В конфликтах с родителями завучи на нашей стороне только в тех случаях, когда ребёнок неадекватен, это давно известно, и все с ним борются.

Конечно, есть и позитивные моменты. Когда дети входят в рабочий ритм, с ними круто работать на уроке, они выполняют все задания. Здорово видеть интерес в их глазах. Ученики делятся со мной своими мыслями, проблемами и просят совета. Это очень ценно. С детьми я на одной волне, часто на уроках мы шутим и смеёмся. Также я делаю с ними творческие номера для школьных концертов, готовлю к конференциям. (Нервничаю в такие моменты больше, чем они сами. Волнуюсь за них, переживаю).

Мне кажется, в работе учителя сейчас менять надо вообще всё.

Система везде одна. Перестать дергать нас на бесполезные общественные мероприятия, начать элементарно уважать. Очень тяжело работать, когда каждый ребенок пытается «заткнуть» тебя знаниями своих прав: якобы его нельзя из класса выгнать, нельзя трогать его личные вещи.

Если бы я уходила из школы, то пошла бы работать по творческой профессии, возможно, тоже с детьми. Средняя зарплата учителя в нашей школе около 20 тысяч. У меня нагрузка — 29 часов в неделю, не считая проверок тетрадей, внеклассных мероприятий и так далее. А зарплата — всего 18 тысяч. Нужно обязательно повышать зарплаты и брать на должности молодых и инициативных ребят. Поборов в школе сейчас у нас нет, но раньше были. После конфликтов и проверок прокуратуры они прекратились.

Александра, 25 лет. Работает учителем начальных классов 4 года

С самого детства я хотела работать учительницей. Я жила в поселке, где было не больше двух тысяч человек. Поэтому меня часто окружали люди младше, и я их чему-то учила. Всегда думала, что стану либо педиатром, либо учителем.

В моём классе сейчас учатся 28 человек. По стандарту должно быть 25, ну а что делать? Дома строят, районы растут. В школу я пришла работать после практики. «С улицы» никого не берут. Мне предложили работу, потому что видели меня «в деле» и решили, что мне можно доверить детей.

Работе я отдаю много сил и времени. Проблемы детей — и мои проблемы тоже. Есть учителя, которые к ученикам относятся как к расходному материалу: сегодня одни, завтра другие, потом третьи. Я так не умею. Своих приучила каждый день желать друг другу доброго утра, а в конце недели — хороших выходных.

Наша школа — одна из лучших в районе. Возможно, мне повезло, но у нас действительно очень хороший коллектив и администрация. Директор и завуч всегда выручат, перед родителями прикроют и не выставят тебя виноватой во всем. Есть школы, где не прикрывают. Чуть что — и ты уволен, гуляй, найдём другого. Это распространено в крупных городах, а в провинции наоборот дефицит учителей. При этом дефиците кадров, молодых специалистов иногда гнобят, «забивают», не дают работать, критикуют. У нас не так. В нашей школе есть девчонки, которые пришли работать в прошлом году, им по 20 лет. Мы все стараемся помогать друг другу. Негативных моментов мало.

Поборов у нас нет. Есть родительский комитет, который всем заправляет. Родители сами решают, куда и сколько денег потратить. Я туда не лезу. Каждый месяц родители скидываются примерно рублей по 200 на канцтовары, разные грамоты, медали и другие нужды. Есть те, кто принципиально не хочет сдавать деньги. Тогда другие родители «раскидывают» затраты на несколько человек, чтобы дети не остались без подарков на праздники и без грамот.

Тяжело работать не столько с детьми, сколько с родителями. Если они приходят с претензиями, я показываю, рассказываю и объясняю, откуда такие оценки. Без криков и истерик. Есть такая поговорка: «От осинки не родятся апельсинки». Очень хорошо её начинаешь понимать, когда приходишь работать в школу. На самом деле, не столько детей надо воспитывать, сколько родителей. Им под сорок лет, мне двадцать пять, а я их чему-то учу. Относятся родители ко мне нормально, как к педагогу, а не как «к девочке». Бывает, что приходят и говорят: «Нам надо пять!». Но ребенок не работает на «пять»! А им очень надо. Они пытаются задобрить тебя, начинают что-то приносить, говорить. Надо «пять» и всё.

А то как же так: мама училась на «пять», папа учился на «пять», а ребёнок что — тупой?

Я своим детям всегда говорю, отметки — не показатель. Рассказываю, что у меня и тройки были. Кто-то дружит с математикой, кто-то — с гуманитарными науками. Нельзя быть идеальным во всем. Есть дети, которые ничего не понимают ни в русском, ни в математике, зато они «рукастые». В одном классе у меня учился ребенок, который всегда писал и рисовал очень мелко, но четко и красиво. Слепил мне пингвина в два сантиметра ростом в шапочке и смокинге. Наверное, будет ювелиром. А другие предметы у него по нулям. Иногда детей просто трясет от того, что дома их будут ругать за плохие оценки. Не двойку страшно получить, страшно, что мама дома отругает.

Большая проблема — это бумажки. Какие-то отчёты совсем не нужны. Каждый день надо подавать кучу бумаг в министерство. У нас есть обычный журнал и электронный. Записи в них дублируются. Министерство спустило приказ — делаем, чтобы не получить «по голове».

С детьми я как раз-таки не устаю. Устаю с бесконечными бумажками и тетрадками. Проверять сложно — каждый день минимум 54 тетради. Мой рабочий день сейчас начинается в 11 утра (вторая смена), а заканчивается в 10 вечера, когда проверю все тетрадки. Домой их брать не хочу, пусть работа остается на работе. У меня пока нет семьи и детей, поэтому спешить особо некуда. Я могу позволить себе задерживаться на работе. Кроме тетрадок, надо ещё заполнить обычный журнал, электронный, написать отчёт, заполнить «молоко», которое детям по программе от «Единой России» выдают в младших классах. В конце каждого месяца ты подсчитываешь, сколько молока выпил каждый ребенок, а также общее количество на весь класс. Если что-то не сходится — сидишь и ищешь, где и что ты потеряла.

В идеале учитель должен каждый вечер ещё и писать конспекты на следующий день. Но, положа руку на сердце, могу сказать, что мы делаем это не всегда. Приходишь после школы и хочется просто лечь на кровать и лежать. Сил уже ни на что нет. Иногда тетради не успеваю проверять. Дети относятся к этому с пониманием.

Другая проблема в том, что учителей привлекают контролировать ЕГЭ и ОГЭ. Иногда во время отпуска. Я не привлекаюсь, потому что работаю летом на площадке. А на экзаменах штрафы, жёсткие правила, вплоть до увольнения. Не туда посмотрел, не то сделал. Все боятся, всем страшно. А отказаться нельзя.

Я снимаю квартиру, и даже тысяча рублей лишней для меня не будет. Мой оклад — десять тысяч, всё остальное — стимулирующие выплаты. Получаю около 20 тысяч, но приходится очень много работать. Я веду подготовительные классы, например. Кто-то занимается репетиторством. У меня на это просто нет времени. Стимулирующая часть выплачивается по результатам портфолио. Учитывается динамика класса, результаты учебы, грамоты, участие в конкурсах и олимпиадах, научные конференции детей, мои конференции и так далее.

С детьми мне повезло. Может быть, я к ним так отношусь, что у нас хорошие отношения? Есть, конечно, и гиперактивные дети. За ними не уследишь. Учитель ответственен за детей, пока они на территории школы. Я своим всегда говорю: «Закончились уроки, берете рюкзаки и бегом в парк, в сквер». Сейчас зима, около школы лёд, его дворник рубит на куски. И вот они этими булыжниками друг в друга кидаются. Я им рассказываю, что всё это не шутки: кто-то себе что-то сломает, а учителю потом в тюрьме сидеть. Недавно девочка бежала по лестнице и подвернула ногу. А у меня в классе 28 человек, я просто физически не могу за всеми уследить!

В инклюзивном образовании есть свои плюсы и минусы. В моём классе есть слабовидящий ребёнок. У него катаракта на оба глаза. Мама долго думала, что «само пройдёт». Мы направляли этого ребенка в специальную школу для слабовидящих детей, там особая программа и подход. Но мама возмутилась и сказала: «Мой ребёнок — не дебил, он не будет там учиться». Ну какой родитель захочет признать, что у его ребенка проблемы? Мы с этой семьёй боремся не потому, что мы плохие, а из-за того, что у ребёнка падает мотивация, ему сложно учиться, ему трудно, неинтересно. Он сидит на первой парте и ничего не видит. А мы сами не знаем, как работать с такими детьми — у нас же нет специальных педагогов. Инклюзивное образование — хорошая идея, которая не доведена до конца. Если в школе есть дети, которым нужен особый подход, то обязательно должно быть и специальные коррекционные педагоги.

Я приняла решение поработать в Саратове ещё какое-то время и переезжать на Дальний Восток. Там зарплата больше раза в три, но и жизнь дороже. Учителя получают минимум шестьдесят тысяч, плюс неплохие деньги можно заработать на репетиторстве. В нашем регионе очень маленькие зарплаты. Если у вас семья и вы вдвоем работаете, получаете хотя бы тысяч 30 на каждого, то уже реально взять ипотеку. Одному тяжело, конечно. Молодых педагогов надо обязательно стимулировать! Нагрузка большая, бумажек много, а денег мало.

Марина, 21 год. Пол года работала в школе учительницей английского языка

Моя «карьера» учителя началась с практики в одном из лицеев Саратова. Это была проверка для меня: смогу я работать или нет. Моя мама — учительница, и несколько лет назад я думала, что тоже буду работать в сфере образования.

В лицее во время практики я столкнулась с давлением со стороны учительницы, уроки которой я заменяла. Ей не нравилось всё: как я хожу, смотрю, говорю. Она гнобила меня при детях, не разрешала присутствовать на уроках старших классов.

Однажды она грозным «преподавательским» тоном сказала мне: «Ты никогда не станешь учителем, зачем тебе вообще всё это надо?»

Это было очень обидно. А ещё она очень поверхностно относилась к детям и не давала им никакой возможности проявить себя. Никакой надежды для них не было. После практики я всерьёз задумалась: а смогу ли я вообще этим заниматься, или эта учительница всё-таки права?

Я пришла работать в школу случайно, на самом деле. У меня тогда просто не было идей, что делать дальше после университета. Однажды мне позвонили из той школы, где я училась когда-то, и спросили, есть ли у меня кто-то на примете, кто мог бы поработать учителем английского пол года (другой педагог была в декрете). Нагрузка оказалась не очень большой, поэтому я согласилась.

На работу я устроилась без проблем. В этой школе у меня не было проблем ни с учителями, ни с администрацией, ни с детьми.

С учениками тоже было легко. Я знаю всякие мемы, и они знают их. Я знаю музыку, которую они слушают. Они думали, что я очень старая, но на самом деле мы были на одной волне. Думаю, круто, когда учитель не сильно старше тебя. В моих классах учились около 17 человек, школа маленькая. Нагрузка — 27 часов в неделю, от 4 до 6 уроков каждый день.

У одного из классов постоянно менялся классный руководитель, менялись учителя английского. Я понимала, что уже восьмая здесь по счету, уйду, как и все другие. У меня не получится объединить их коллектив, решить какие-то проблемы. Я была восьмой (!) учительницей английского языка. Я знала, что уйду, они знали, что я уйду.

По субботам, когда у нас был последний урок на неделе, дети вообще не могли успокоиться. Три раза я собирала дневники, потом они вели себя идеально. Многие плохо занимались, не знали, зачем им учить английский. Как-то раз я спросила их, кто хочет работать в международных компаниях. Почти все подняли руки. Но никто не понимал, что для этого надо учить язык. Мало кто знал, где находятся США и Великобритания. Мы тогда открывали учебник по географии и искали эти страны.

Бумажной волокиты было немного. Журнала два — электронный и бумажный. Я проверяла тетрадки и тесты на переменах, максимум на полчаса задерживалась после работы.

Все родители разные. Многие — обеспеченные люди. В школе учились дети спортсменов, бизнесменов, чиновников. Конечно, были и родители «распальцованные», и дети. Но конфликтов, как таковых, не возникало.

У родителей есть проблемы с пониманием того, что учитель — тоже человек, есть время, когда он работает, и когда отдыхает. Мне часто звонили в нерабочее время по рабочим вопросам. Спрашивали домашнее задание. Конечно, у меня же нет личной жизни! Я не могу пойти в кино или кафе. Они считают, что если ты учитель — ты учитель 24/7.

Работа с детьми — это много светлых эмоций. Сейчас я сижу по 8 часов перед монитором, и тут трудно найти какие-то светлые эмоции. Неформальное общение с детьми даёт много энергии и сил.

Из школы я решила уйти, когда поняла, что перестала развиваться. Сейчас моя новая работа нравится мне больше, хотя и светлых эмоций в ней поменьше. Я не могу сказать, что больше никогда не буду учительницей. Я попробовала и поняла, что могу. Может быть, даже вернусь туда однажды.

Моя зарплата была всего 15 тысяч вместе с налогом. Потом я стала заниматься с девочкой на домашнем обучении, и за неё доплачивали ещё две тысячи. Некоторые учителя, которые работали лет по 20, получали меньше меня. Я не знаю, как это всё высчитывалось. Репетитором мне подрабатывать не хотелось — с детьми в школе интереснее.

Что делать, если учителю хочется купить себе машину или квартиру? Не знаю, честно говоря. Можно переехать работать в Москву. Там реально получать 80 и 100 тысяч рублей в месяц. Но нагрузка, конечно, в разы больше.

Алексей, преподаватель начальных классов, 25 лет. Ушёл из школы по собственному желанию

Я попал в школу, что называется, «по идее» — очень хотел работать с детьми (да и сейчас, если честно, хочу). Пять лет отучился на педагога и пошёл работать. Очень «горел» работой. Быть учителем — действительно моё призвание. Очень хочется работать, но с такой зарплатой это просто невозможно.

Деньги — главная причина, почему я ушёл. Работать ради работы нельзя, даже за идею.

Поначалу в школе было сложно. Но трудности компенсировались тем, что дети буквально смотрели тебе в рот, разговаривали твоими фазами, рассказывали о тебе родителям. Когда видишь такую отдачу — это словами не передать, как классно. Просто фантастика! Слушать меня они, конечно, не сразу стали, но спустя какое-то время уже впитывали информацию, как губки. Главное — правильно её преподнести.

К каждому учителю разное отношение со стороны администрации, школы и родителей. В основном, всё зависит от самого учителя, частично — от родителей, от ситуации, от того, в какой школе он работает. Себя нужно правильно поставить. Учителям сейчас тяжело, потому что с каждым годом всё больше обязанностей, бумажек, ответственности, а прав всё меньше и меньше. Это очень плохо.

Могу похвастаться тем, что мне удалось построить идеальные отношения со всеми детьми и со всеми родителями. Конечно, с одним человеком удавалось это сделать за два часа, а с другим и пол года было мало. Но оно того стоит, потому что отдача идет как от родителей, так и от детей. Многие учителя говорят, что родители «наседают». Правильно себя поставь, и ничего такого не будет.

Учитель, с одной стороны, это профессия, которой учишься. Но с другой, люди, которые задерживаются в школе, идейные люди, работают по призванию. С такими зарплатами, с такими условиями как у нас в России, не иначе, как призванием это дело назвать нельзя. Если ты действительно стремишься работать с детьми, то невольно «забиваешь» на такие аспекты, как низкая зарплата и высокая нагрузка.

Нельзя сказать, что в школе только хорошо или только плохо. Везде и всегда всё по-разному. Бумажек много. Стараются, конечно, переводить записи в электронный формат, но в каких-то школах записи дублируется. Учителя часто занимаются лишней работой: ходят на демонстрации, митинги, участвуют в собраниях, педсоветах, семинарах.

Если человек хочет развиваться как педагог, он сам найдет себе этот семинар. Если не хочет развиваться — значит, он не педагог. Например, зачем мне сидеть на педсовете и слушать про ЕГЭ и ОГЭ, когда мои не сдают ни то, ни другое? Я в это время мог бы готовиться к урокам. Бумажки, отчеты, планерки — очень много никому ненужной канители.

Я считаю, что детей не всегда нужно учить по программе, поскольку в них есть свои плюсы и минусы. Некоторые пропускаются, другие дублируются. Программа нужна для отчетности. У тебя есть план, по которому ты работаешь. Быть учителем — равно импровизировать. А всякие отчеты и бумажки нужны только бюрократам. Работа с детьми не подразумевает шаблоны в принципе. Ребенок — не робот, и ты доносишь до него информацию любыми методами и способами.

О потраченном времени на учебу в педагогическом институте я ни капли не жалею. С учениками было много классных моментов. Теперь я знаю, как работать с детьми, и когда у меня появятся свои, я буду эти знания применять.

Главный минус работы — это финансовая нестабильность учителя. Ты постоянно получаешь маленькую зарплату, и повысить её очень трудно. Если работаешь учителем всю жизнь, то уходить тебе больше некуда. Приходится соглашаться на эти условия. Наверное, поэтому в школе сейчас не происходит смена персонала. Учителя в возрасте не могут уйти, потому что их больше никуда, кроме как этой школы, не возьмут. Они работают и держат места, которые могли бы занимать более перспективные молодые люди.

Я не говорю, что всех надо поголовно увольнять и набирать молодых. Нет, мэтров надо оставлять, они должны следить за работой и быть наставниками молодым. Но если бы в школе платили больше, если бы было меньше работы с бумажками, больше рабочих мест, в школу бы ещё и молодые ребята с охотой шли.

Из школы я ушёл из-за маленькой зарплаты. Со всем остальным, в принципе, можно мириться. Но я не могу жить на 15-20 тысяч, мне трудно. А ещё надо содержать семью.

Меня пытались удержать. Родители ходили к директору и просили, чтобы я остался в школе. Директор тоже предлагала остаться, но без энтузиазма, так как понимала, что причина — финансы, и помочь она ничем не может. Родители детей предлагали наличными добавку, предлагали квартиру к школе поближе снять и даже жить у кого-то из них дома. Это, конечно, всё несерьёзно.

Сейчас я работаю менеджером в строительной компании. Работа не настолько интересная, но приносит в три раза больше денег.

Что будет, если все учителя вдруг уйдут в бизнес, как советовал Дмитрий Медведев? Кто станет учить детей? Я не считаю, что работа учителя менее ответственная, чем работа президента. Мы воспитываем новое поколение!

Возможно, вся эта странная ситуация в сфере образования изменится, когда старые учителя уже просто в силу возраста уйдут на пенсию. Тогда появится вопрос, как привлечь молодых специалистов в школу. Придется улучшать систему, поднимать зарплаты. Хочется, чтобы в школе работали перспективные молодые идейные люди. Но они пока работать не пойдут, потому что денег нет.

Кирилл, работает учителем начальных классов 5 лет. Ему 24 года. Выиграл конкурс «Молодой учитель года», сейчас трудится в Москве

С учениками у меня всегда были хорошие отношения, без проблем. Получалось быстро найти общий язык. Профессия учителя невероятно интересная. Ты можешь учить, творить, вытворять. Это чистое творчество. От детей получаешь колоссальный заряд энергии, особенно когда видишь отдачу, когда они тебя понимают и применяют знания в жизни и учебе. Ещё я люблю другую активную деятельность помимо учёбы. Когда я работал в предыдущей школе, мы с классом постоянно ходили и в музеи, и в театры, каждую четверть ездили куда-то. Я всегда за поездки, походы.

Несколько месяцев назад я перебрался в Москву. Меня пригласили работать в одну из столичных школ. В конце этого учебного года я буду увольняться, вернусь к себе обратно. Честно — переехал по глупости и очень скучаю по старой школе и своим детям. Переехал из-за того, что хотел развития, перспектив и карьерного роста, мотивировала высокая зарплата. Если учитель активный, ему реально получать около ста тысяч рублей. Но в Москве всё оказалось не так. Раньше я шёл на работу с большим желанием и удовольствием, а сейчас хожу, потому что надо.

В школе, где я работаю, нет коллективизма вообще. Если ещё в подмосковных школах учителя дружат, помогают друг другу, то здесь каждый сам за себя. Учителя нацелены на зарабатывание денег, думают, как бы им ещё что-то сделать и получить премию.

При любой удобной ситуации тебя подставят, по тебе пройдут и не заметят.

Родителей больше неадекватных в Москве, чем в подмосковных школах. Все знают свои права, но никто не знает обязанностей. Учителя принимают за «рабочий материал». «Я за что плачу деньги?», «Я вам его отдала, вот вы и учите», «Вы должны за ним смотреть, вы должны то, то и вот это» — вот, что мне говорили. Отдали ребенка в школу и только требуют. В Москве всё сурово — по учителям ездят как хотят.

В классе у меня 25 человек. Если дети мотивированы на учёбу, родители мотивированы, то можно хоть сорок человек учить. А если дети не очень хотят учиться, семьи неблагополучные, то там и с десятью будет тяжело.

У нас есть такое выражение — «московская школа». Это значит, что в каждом среднем учебном заведении свои порядки и требования. Даже если ты собираешься устроить праздник внутри класса, нужно в письменном виде подать заявление. Если директор согласует проведение праздника, ты его проводишь, нет — так нет. По каждому поводу надо спрашивать разрешение и письменно кого-то уведомлять. Это было для меня шоком, потому что в областных школах всё намного проще.

Родители тоже подливают масла в огонь. Такого отношения к учителям я не видел больше нигде. В моей старой школе, где я работал, была одна дотошная мамочка на класс, а тут все с претензиями через одного: «За что два, за что то, за что это?» Учитель вынужден жить в какой-то ситуации нападения. В любой момент тебе может кто-то позвонить, наехать на тебя, наорать, что-то от тебя потребовать, обвинить тебя и так далее. Энтузиазм из-за этого пропадает. Если бы я изначально пришел работать в московскую школу, я бы себя, наверное, перестроил, а так мне есть, с чем сравнить. К счастью, у меня никогда особых проблем с родителями не было.

Учитель в моём понимании — призвание. Ты знаешь, на что ты идешь, потому что все держится на голом энтузиазме. Если хочется зарабатывать много денег и занимать важный пост, то школа всё-таки не то место, где это нужно делать. Мне повезло ещё потому, что в моей жизни не стоит остро финансовый вопрос.

В Москве к учителям относятся очень пренебрежительно, безо всякой доли сожаления. Директор школы говорит, что незаменимых нет. Уйдешь — и тебе через неделю найдут замену. Здесь в течение учебного года учителя увольняются и постоянно приходят новые. У младших классов может быть четыре разных классных руководителя, потому что молодые девчонки, которые приходят работать, просто не выдерживают. Их сжирают, убивают в них весь энтузиазм, поэтому они убегают в другую школу, ищут что-то получше.

Снисхождения никакого нет. Ты пришел и должен быть идеальным. Не дай бог пропустишь ошибку в тетради! У нас в области нехватка молодых учителей, и когда ты приходишь из колледжа или института, тебе помогают, направляют, подсказывают. А тут такого нет.

В системе образования стоит поменять вообще всё.

Сейчас профессия учителя находится на каком-то низшем уровне уважения, это просто какой-то обслуживающий персонал.

Надо поднять профессию учителя до определенного статуса, показать родителем, где их зона ответственности, а где учителя. Сейчас граница стерта. Родители снимают с себя обязательства и перекладывают их на учителей. Правительство учитывает мнение родителей, а учителя никто не слушает. Если родители пожалуются на учителя, его сразу же уволят без объяснения причин. Родителям дали много власти, у них развязаны руки. Раньше профессия учителя вызывала уважение. Ну и что сейчас мы требуем от детей, когда родители так наплевательски относятся к учителям? Дети это видят, и потом также себя ведут.

В Москве стало меньше коррекционных школ, поэтому в обычной школе учатся дети и с ограниченными возможностями здоровья, и с психическими расстройствами. Я считаю, что это неправильно. Если у ребенка есть отклонения в развитии, он должен учиться в специализированном заведении. А у нас получается так, что сажают ребенка с острым, явным психическим отклонением в обычный класс, а он потом не дает учиться другим детям. Родителям объяснять это бесполезно. Раньше ребенка могли за неуспеваемость оставить на второй год, сейчас такого нет. Можно учиться на двойки и тебе ничего не будет, если твоя мама принудительно не решит оставить тебя на второй год. Грань оценок полностью пропала. Дети не боятся получить ни двойку, ни тройку — их же все равно переведут в другой класс.

В области учителя «горят» своей работой. А здесь с каждым скандалом всё меньше и меньше хочется что-то делать. Например, со мной в мае из школы уволятся ещё семь человек. Мы пришли на работу с энтузиазмом и горящими глазами, а нам просто перекрывают весь кислород. Уходит молодежь, а старожилы уже смирились. Молодые, мне кажется, вообще не понимают, что происходит. В Москве кроме зарплаты позитивного — ничего. Но это сугубо мое мнение, потому что мне есть, с чем сравнивать.

Источник: Версия Саратов

Часто встречаю записи в блогах и статьи о том, что не хватает учителей, остались одни пенсионеры, образование становится все хуже, и прочее похожее. У меня нет особого желания разглагольствовать на эту тему, я просто приведу причины, по которым я ушла со школы.

Как все начиналось

Начну с предыстории. Образование я получала по пинку родителей — в 9 классе я еще не знала, кем я хочу быть и куда мне пойти дальше. Окей, позади педагогический колледж. Я — молодой преподаватель английского, но работа учителя меня как-то не прельщает (проблемы с социализацией и социофобия). Дальше меня ждало высшее образование по этой же специальности. А после него — еще одно высшее, но уже больше по своему хотению. Так я стала бакалавром образования и бакалавром естествознания по специальности «Информатика». Системным администратором, да и никем вообще, устроиться не получилось. Осталась одна дорога — в школу. И это, я считаю, была кривая дорожка. Забегая вперед скажу, что я проработала там почти год, и когда написала заявление об увольнении, была самым счастливым человеком на свете.

А вот и причины, по которым я не стала работать в школе:

Маленькая зарплата

Этот абзац мне хотелось бы весь написать капсом, но я воздержусь. Очень маленькая зарплата. ОЧЕНЬ. Когда вспоминаю ее размер, хочется плакать. А если коротко и по делу — 30 тысяч. Думаю, тут все понятно. Ни на оплату квартиры, ни на еду этого не хватит.

Постоянные взносы и затраты на работу

Канцелярия за свой счет, оформление для открытых уроков за свой счет. Печать баннеров, рисунков, раздаточного материала. Все-все за свой счет. А теперь вспомним размер моей заработной платы, и отнимем оттуда добрых 5-10 тысяч. Это в зависимости от того, сколько чего нужно купить, какие открытые уроки, у кого день рождения и сколько таких дней будет в этом месяце, и так далее.

Обязательная подписка на газеты и журналы

Что бы ни говорили чиновники про то, что учителя не обязаны подписываться — такая подписка есть, и ты от нее не отвертишься. Хочешь ты или нет, на тебя вешают 2-3 газеты, и если не повезет, еще и журнал. А стоят все эти прелести около 3-10 тысяч — смотря сколько и чего тебе дадут. На твой родной язык все клали — если ты русский, тебя могут заставить выписывать газету на казахском, ну или наоборот. Хоть одна польза — было что коту, простите, в горшок постелить.

Куча документации

Журналы, всякие бумажки, какие-то отчеты постоянные, и еще куча всякой ненужной фигни. Точнее, вся эта макулатура, скорее всего, нужна министерству образования коту в горшок положить для отчетности. И заполнять все это муторно и бесит.

Электронная отчетность

«Билимал», по словам чиновников, должен был стать чуть ли не чудесным средством спасения учителей от писанины и вообще удобной штукой. Что вышло на самом деле: заполняешь кучу бумаг, а потом тебя еще ждет ад — «Билимал». Во-первых, совершенно непонятная система заполнения, в которой было достаточно сложно разобраться. Напартачишь — удалить сложно, только через администратора, которого вечно было не найти. Во-вторых, заполнялся «Билимал» раз в полугодие — как раз накануне проверок по школе. Нужная и полезная, по-сути, задумка, стала еще одной галочкой в отчетности и дополнительной нагрузкой для бедных учителей, не решив основной проблемы. Но у нас же все делается через задницу. Так и живем — учителя пишут, потом печатают, проверки проверяют — бумаги есть, «Билимал» заполнен, министерство образования потирает ручки — новшество работает. Все довольны.

Отсутствие уважения со стороны родителей и учеников к профессии

Если раньше учителя считались интеллигенцией, то сейчас — это бесправные задавленные люди. Наверное, некая низшая каста. Никуда пожаловаться ты не имеешь права. Родитель всегда прав и ученик всегда прав. Даже если они оба му..ки. Виноват ученик? А фиг докажешь. Ты же учитель, ты должен, ты обязан, ты должен был предотвратить, ну и все такое прочее. Получай по башке.

Наличие людей, положивших на свою профессию кое-что нецензурное

И такое мне встретилось. Ну оно понятно: не всем дано, маленькая зарплата, или что там еще говорят. Если вкратце — училка положила на детей. Ученики занимались чем хотели. А когда во второе полугодие их отдали мне, я была в шоке. Пришлось изучать все темы (программирование) сначала, работая не по плану. В конце года дети более менее сносно что-то начали делать, потому что я была принципиальной, и не смогла так же забить на них. Простые задачки решали, программки несложные писали, и все такое.

Отношение к молодым специалистам

Если ты только пришел в школу — ты и чтец, и жнец, и на дуде игрец. Ты организуешь концерты, выполняешь мелкие поручения от тех, кто «старше по званию», и делаешь еще кучу неприятных и бесячих вещей, которые далеко не всегда относятся к твоей основной деятельности. Мне не довелось поучаствовать, но знаю, что учителя (все) ходили по квартирам алкашей, наркоманов и неблагополучных детей. И обычно это делалось вечером, и частенько было уже темно. Никого не волнует, если кто-то на тебя нападет, или случится что-то еще. А был случай, когда за девушкой погнался голый мужик. Хорошо, что убежала.

Раньше были дежурства ДНД — это когда два милиционера и учитель в ночное время ходят по улицам (!). Как-будто у учителя нет своей семьи, проблем и так далее. Или так боевой дух милиции поднимали? Может, они вдвоем боялись ходить, а тут учитель рядом, защитит если что. Еще из подобного: участие в предвыборной комиссии (сидишь сутки, принимаешь голоса, потом считаешь до 3-4-х утра. Ни покушать, ни в туалет), всякие митинги, праздники и прочие уличные мероприятия (особенно весело в холодное время года, когда нужно стоять часами), платные концерты (ага, мне заняться больше нечем). Ну и всякое другое, что я сейчас наверное сразу и не вспомню.

Отсутствие личной жизни

Поурочные планы, бумажки, поручения вышестоящих и прочие «приятности» занимают все твое время. Какой муж, какие дети? Тебе нужно до завтра какой-нибудь баннер придумать, что-то сверстать, ролик смонтировать, что-то разработать и т.д. И сидишь до утра, чтобы уложиться в поставленные сроки.

Всегда во всем виноват учитель

Ребенок гуляет на улице после 10 вечера? Попал в милицию? Что-то совершил, украл, подрался на улице? По шапке получит учитель. И не просто получит, а еще и поедет ночью в участок и все такое прочее. Недовоспитал, недосмотрел. Роль родителей при этом деликатно умалчивается.

Разумеется, были и другие мелкие причины, важные лично для меня: сильная усталость, начавшиеся проблемы со здоровьем из-за нагрузки, постоянное недосыпание, отсутствие времени на себя и семью, и прочее. Вот не хотелось мне и не моглось терпеть все эти вышеперечисленные неудобства за 30 тысяч в месяц, из которых, как вы помните, оставалось около 25-20… И тот год, честно говоря, я и сейчас вспоминаю с ужасом.

Как-то сложилось, что проблемы учителей умалчиваются. Или пишут, мол, повышайте им зарплату, будут нормально работать. Не только в зарплате дело, ребята, не только…